Метки

, , , ,

загруженное «Почитание святых, благоговейное внимание к их жизни и подвигам, вера в их заступничество за нас перед Богом – яркая отличительная черта православного мироощущения…

Живя на земле, они научились любви Божией от Духа Святого; а кто имеет любовь на земле, тот с нею переходит в вечную жизнь в Царстве Небесном, где любовь возрастает и будет совершенною. И если здесь любовь не может забыть брата, то тем более святые не забывают нас и молятся за нас…»     

митрополит Вениамин (Федченков)

 

Краткое жизнеописание игумена Гурия (Чезлова) (1934-2001) в воспоминаниях его духовных чад.

Гонения за веру, подвиги, чудеса и предсказания о. Гурия.

Из воспоминаний рабы Божией Марии: «Батюшку я знаю с 1996 года и никогда не видела его злым или усталым, он все время улыбался. Такое впечатление, что всему был рад, что все в его жизни прекрасно, а ведь у него каждый день были искушения, гонения или еще чего-нибудь. Он ведь практически не спал, все молился. Батюшка знал очень много, и многое было ему Богом открыто, но нам он открывал не все, потому что мы не умеем молчать, тут же разболтаем всему миру…

У одной моей знакомой сына арестовали по ложному обвинению. Она принесла батюшке Гурию фотографию сына и просила вымолить его из тюрьмы. Батюшка сказал, что вымолить-то можно, да благодать отойдет, но взял фотографию в келью. На другой день сказал, что его выпустят, но нескоро, потому что ему надо пострадать. Так и вышло. Батюшка все видел наперед. И когда его наше священство погнало из монастыря, так как он не стал ИНН брать и людям стал говорить, чтоб не брали, мы стали искать ему дом, но он заранее знал, что будет скитаться. Так и не знал, где главу приклонить до самой смерти. У него ведь ничего не было…

Батюшка был целителем, он имел дар от Бога и мог по болезням определять грехи. Вот я, например, пришла и говорю: «Батюшка, меня цистит замучил». А он мне сразу и говорит: «Мария, покайся в таком-то и таком-то грехе, у тебя этот грех не исповедан. Исповедуешь этот грех, и все пройдет». Он и по смерти посылает исцеления. Многие люди берут с его могилки земельку и исцеляются. Врачи сказали моей маме, когда она сломала ногу, что ей придется ходить с палочкой. А батюшка спросил, не топтала ли она ногами в молодости святыни? И мама призналась, что помогала ломать церковь. После исповеди нога у нее перестала болеть…

Батюшка был гоним и нелюбим почти всеми священниками. Мало кто его воспринимал, но ни на кого у него не было злости. Скажешь ему, бывало: «Батюшка, как же Вы терпите, ведь вас этот и этот-то обидел». А он и отвечает: «Все по делам моим, видно, так Богу надо». И никогда никого не осудит. Вся доброта была в нем. Он все видел, какой человек чем дышит, но из смирения многие уничижения и неудобства претерпевал безропотно, и болезни свои скрывал от нас…

У батюшки было много чад, но он предсказывал, что верных останется немного, на пальцах можно будет пересчитать. Батюшка Гурий был неграмотный (три класса образования), но Господь восполнил ему нехватку знаний человеческих Своею благодатью».

Из воспоминаний рабы Божией Клавдии: «На батюшке Гурии был Дух Святой. Господь открывал ему многое о людях. Два года тому назад мы ехали из храма по проспекту Победы, и батюшка сказал нам: «Вот из тех, кто идет по этой улице, спасутся 6 человек».

На моего сына была наведена порча – он внезапно разлюбил свою жену, выгонял ее из дома. А батюшка Гурий с Божией помощью помог. Он сказал нам, какие надо заказывать молебны, и даже описал женщину, с которой сын дружил, и про колдунью сказал, что это средней степени колдунья. И Господь по молитвам батюшки все устроил, отношения у них в семье наладились…

Год назад маму мою парализовало. Она не вставала с постели две недели. Однажды утром мама говорит мне:

— Клава, ведь мне сегодня батюшка Гурий приснился. Он спросил у меня: «Чего не ходишь? Песочку ждешь?»

Мы сразу же с духовной сестрой сходили на могилку к батюшке и взяли песочку, дома размешали его со святой водой и этим раствором мазали маме ноги. Через три дня мама встала, стала ходить и поправилась. После этого случая мама прожила еще год и все молилась и благодарила Господа и батюшку за чудесную помощь.

Вечной у меня заболела правая рука. А я работаю в магазине, и этой рукой надо накладывать товар, а рука не держит, совок вылетает из нее, и боль очень сильная. Тогда я пошла на могилку к батюшке, помолилась, попросила его помощи, приложилась к кресту и даже не заметила, как рука у меня прошла…

У одной рабы Божией замироточила фотография батюшки Гурия. Я ходила к ней в день ангела и сама видела у нее на стене рядом с иконами эту фотографию, а на ней много-много маленьких капелек мира. Позднее миро расположилось на фотографии в виде многих маленьких крестиков в разных местах, а потом из них образовался один большой крест. Вот так Господь прославляет своего угодника».

Вспоминает Константин Козлов: «Инок Свято-Троицкого Джорданвилльского монастыря РПЦЗ Всеволод (Филипьев) в своей статье «Философия почвы» пишет: «Старец – живой сосуд Духа Святаго. Изливаются из живоносного сосуда струи воды живой. Подходи, пей. Такое не перескажешь, не опишешь. В самом деле, что можно сказать? – старец добрый, любвеобильный и прочее, но это слова, и только. Другое дело, когда сердце в тебе взывает при виде, при одном слове, взгляде старческом. Тот, кто лично пережил это веяние возрождающей любви, поймет, о чем идет речь». Игумен Гурий был носителем Божественной благодати, что является свойством истинных старцев. Однажды я, после какой-то затянувшейся службы в храме, не попав на общий обед, сидел в монастырской трапезной один и ел пищу. Вдруг я почувствовал, что мое сердце охватила волна невыразимой благодати. Подняв голову, я увидел, что мимо стола идет о. Гурий. Он не смотрел на меня, но, должно быть, молился про себя за мою душу. Благодать Божия, исходившая из его чистого сердца, привлекала множество людей. Обычным было видеть отца игумена идущим по монастырю в окружении группы духовных чад.

Он подавал пример незлобия и евангельской любви, но его воспринимали с любовью далеко не все. Не раз я слышал о нем нелестные, смущающие отзывы, часто граничащие с клеветой. Один мой приятель притворно недоумевал: «Отец Гурий сказал, что, когда в монастыре поставили телевизор, благодать там уменьшилась на 30 процентов, а я вот думаю, как можно благодать Божию в процентах измерять?»… Некий иеродиакон в общении с нами, учащимися, однажды проговорился, обнаружив свое духовное ничтожество: «Потому-то наша Церковь на новый стиль и не переходит, потому что такие, как о. Гурий, сразу же уйдут в раскол». Впоследствии этот человек убежал из монастыря и в дальнейшем перешел в иудаизм.

Что сказать о людях, осуждавших старца? Здесь применимы слова апостола Павла: «Духовный судит о всем, а о нем судить никто не может; ибо кто познал ум Господень, чтобы мог судить его?» (1 Кор.2, 15-16).

К большому сожалению, я, хотя и старался быть осторожным в высказываниях, по своему неразумию принимал участие в речах об о. Гурии осудительного характера. Но я покаялся ему в этом на исповеди. Это была последняя его исповедь на литургии в Спасо-Прилуцком монастыре. Приехав в обитель после выходных, я спросил, где о. Гурий, и мне стыдливо отвечали, что его больше в монастыре не будет. Не знаю, успели ли ему покаяться те, кто согрешил против него словом…

Потом я не раз встречал батюшку Гурия на улицах Вологды, бодро идущим, но всегда сосредоточенным в молитве. Как-то я увидел его в автобусе, он сидел на скамье, был одет в очень странную одежду и напоминал диковинного деревенского деда. Я долго тогда на него смотрел, и узнавая его по сияющим глазам, и, одновременно, не узнавая.

Похоронен достоблаженный старец на Лазаревском кладбище, в нескольких шагах от могилы почитавшегося им святого батюшки Александра Баданина, в чем я усматриваю действие Божественного Промысла.

По моему глубокому убеждению, игумен Гурий был одним из тех Божиих человеков, кого Господь воздвиг с тем, чтобы предупредить всех христиан о наступлении антихристова времени и ориентировать их на действия по спасению души в новых условиях».

+ + +

Отцу Гурию многое пришлось претерпеть за веру и истину Христа Бога нашего. Однажды наместник Спасо-Прилуцкого монастыря добивался его согласия на какое-то, по-видимому, не самое благое дело. Так и не добившись своего, игумен осерчал и запер его в каменный мешок в одной из угловых башен. Нужно видеть этот стакан из камня, находящийся внутри тела башни: метра полтора-два в поперечнике, он не имеет никакого иного отверстия, кроме входной двери. Похоже, что назначение сего помещения и состояло в том, чтобы служить карцером. Там о. Гурий провел трое суток. Что он испытал при этом, не известно никому, но из той камеры он вышел весь седой.

+ + +

Беседуя с одной духовной дочерью, о. Гурий положил ей руку на голову и, через некоторое время отняв, сказал: «Сколько у тебя дряни было, даже рука заболела». Она же почувствовала в голове легкость и просветление.

+ + +

  Духовной дочери, которая говорила батюшке о своей занятости огородными работами, что создавало трудности в посещении храма, о. Гурий сказал: «Вы на своих дачах до того доработаете, что между грядок так и упадете».

+ + +

«Батюшка, а можно замолить все свои грехи?» — спросила его духовная дщерь. – «Можно, но это очень трудно. Надо три дня и три ночи ничего не есть и не пить и молиться».

+ + +

Как-то батюшка Гурий ехал в троллейбусе, и на остановке в салон вошла компания современной молодежи. Молодые люди вели себя шумно, неспокойно. Батюшка внимательно на них посмотрел, а когда они вышли, с печалью сказал сопровождавшему его человеку: «Ведь из них никто не спасется».

+ + +

Свой медицинский полис он предал огню. «Пламя, — ух какое вырвалось!» — рассказывал батюшка чадам.

+ + +

Время своей кончины он знал заранее. В 1996 году одна его духовная дочь спрашивала батюшку о судьбе своего сына. «Ему осталось жить два года», — сказал старец. И она дерзнула спросить: «А Вам, батюшка?» — «Мне – пять лет», последовал твердый ответ. Оба предсказания исполнились в точности.

загруженное (2)Воспоминания монаха Алипия: «Для меня батюшка Гурий роднее родного отца, так как родной дает жизнь до смерти, а духовный отец дает жизнь вечную. И, кроме того, батюшка Гурий светлый, чистый, святой человек. Он сумел до самой смерти сохранить детскую по доверчивости, незлобию и любви душу. С первой же встречи с ним я понял, что во мне что-то произошло. Он перевернул всю мою душу и всю мою жизнь изменил, направляя стопы мои, как слепого котенка, ко спасению.

И все мои академии были посрамлены этим святым человеком, который имел 4 класса образования. Зато Бог дал ему знать то, что в академиях не преподают. Он духом все чувствовал, но по смирению своему все больше молчал. А когда мы думали, что он спит, он все время молился за нас. Но стоит только закончить свою исповедь ему, то он сразу же «просыпался».

Только много позже начинаешь понимать всю тяжесть его подвига, всю его любовь ко всем нам… Он скрывал все свои дары Божии, о многом умалчивал. Зато всех утешал так, что к нему толпами люди ходили, независимо от того, как далеко его посылали от чад.

Он все воспринимал с таким смирением, что говорил: «Такова воля Божья».

По его молитвам мне Бог помог покинуть суетный мир и уйти в монастырь, чтобы быть ближе к любимому батюшке. И там я старался попасть на раннюю литургию в надвратный храм, где служил батюшка Гурий.

Особенно сильное впечатление оставили его короткие беседы и общие исповеди, после которых и даже погода прояснялась и на сердце светлело.

Я всю жизнь благодарю Бога за такого батюшку, один час беседы с которым стоил полжизни. А мне посчастливилось жить с ним в одном монастыре и на приходе в Усть-Печенге, где я ему подавал кадило, также и в Тарногском Городке. И везде он уповал только на Бога, хотя враг и крепко на него нападал. Пользуясь его детской доверчивостью, враг строил ему такие козни, до которых мне за всю жизнь не дожить по своей греховности…

Обычно после трапезы батюшка нам что-нибудь рассказывал…

Наряду с его кротостью, любовью и добротой, в нем была твердость в вере. Он всю свою жизнь посвятил Богу и так Его возлюбил, что не мог спокойно относиться к тем, кто против Бога. И если внешне ему удавалось себя сдерживать то в душе, как он сам по простоте своей говорил, «разорвал бы того, кто против Бога».

Он всего себя посвятил Богу и всю свою жизнь отдал Ему.

За такую любовь Бог ему дал столько, что он этим делился с нами и вел нас (и сейчас ведет) по пути спасения, указывая на подводные камни, т. е. козни дьявола…

Много было случаев исцеления от боли и явления силы Божией благодати на нем, которые мы по своей греховности не все видели. Но особенно после смерти его эта сила проявилась. Даже на его погребении многие чада ощущали смешанное чувство печали и радости. Многим он снился и давал поручения. Мне он приснился после 40 дня как живой, и я вскрикнул: «Батюшка воскрес!» Бегу к нему, плачу в коленки, и он меня исповедал и принял мои слезы раскаяния и показал рукой на пол, где лежала схима, а квадрата на ней (парамана) не хватает. Этот кусок мы и должны вымаливать у Бога для него, чтоб и его Бог сподобил там чина схимонаха, о котором он только мечтал, а не принимал только из-за любви к своим чадам, чтобы исповедовать больше, а в схиме надо уходить в затвор. Он говорил: «Мне вас жалко».

О таких людях без слез умиления нельзя вспоминать, так как они сами текут и пусть они сольются в реку покаяния, которая угодна Богу и батюшке в радость.

После смерти такие люди имеют еще большую силу молитв, поэтому он и говорил чадам во сне: «Вы поминайте меня, и я вас утешу».

Безконечны эти радостные воспоминания о батюшке, так пусть будет и память о нем безконечная, вечная и светлая».

Из воспоминаний раба Божьего Сергия: «Тот, кто внимательно относится к своей духовной жизни, знает, как трудно строить дом своего спасения, не положив в его основание камень смирения. Как часто мы, верующие люди обольщаемся, считая себя лучше и умнее других. Иногда мы, дети гордого и лицемерного века сего, принимаем на себя личину показного смирения. Не таков был о. Гурий. Общаясь с ним, я не заметил и тени надмения у старца, украшенного сединами, над моей молодостью. Напротив, по заповеди Господней, он был готов на всякий час быть всем слугою. Однажды он спросил меня, как я живу. «Утром и вечером молюсь, а днем грешу», — ответил я заранее заготовленной фразой. «Да, так мы и живем», — печально отозвался батюшка, и во всем его виде проявилось сокрушение о своем непотребстве.

Как-то раз один мой знакомый протоиерей поведал мне, что был свидетелем грубого отношения к о. Гурию каких-то ребят, зубоскаливших над его простотой, и этого священнослужителя удивило, как благодушно относился старец к издевавшимся над ним…

Возлюбил всем сердцем своим батюшка Гурий Бога и ближнего своего, за то и Господь соделал его сосудом, исполненным благодати. Невозможно описать те чувства тихой радости и блаженства, которые наполняли мою душу от общения с ним. Светлым и окрыленным я уходил от батюшки. Казалось, взмахни руками, — и птицей взлетишь в синее небо. Никогда не забуду первое благословение старца, после которого я целую неделю как «сыр в масле катался». И не было ничего, что могло бы омрачить мою радость.

Удивительно ли, что толпы людей стремились склонить свою главу под благословляющую батюшкину руку.

Позднее одна молодая женщина поведала мне, как когда-то, еще будучи невоцерковленной, приехала она в Спасо-Прилуцкий монастырь вместе со своей матерью. Увидев старца, окруженного народом, матушка подтолкнула ее: иди и ты. Ничего особенного не ожидая, девушка подошла к незнакомому священнику и поклонилась, и вдруг волна благодати наполнила все ее существо, в одно мгновение преобразив ее, маловерующую, в истинно православного человека. Так рука старца Божия в одно мгновение сделала то, на что не способны были бы и тысячи самых красивых, но пустых слов. Не чудо ли это?..

Так уж получилось, но после 1994 года я перестал посещать доброго батюшку, а потом его из монастыря «перевели». А спустя несколько лет я узнал от одной благочестивой старушки, что о. Гурий подвергался давлению. Из ее рассказа я понял следующее.

Батюшке было видение. Явился ему некий юноша, благолепный видом, в руке он держал листок бумаги. Когда о. Гурий взглянул на эту бумагу, то увидел, что это страховой медицинский полис. В тот же момент юноша превратился в отвратительное, мерзкое чудище, беса с когтистыми пальцами. После этого видения о. Гурий стал говорить о недопустимости принятия полисов, за что и подвергся нападкам.

Да, думается, и само благочестие старца кому-то не давало покоя. В связи с враждебным отношением к батюшке некоторых людей одна моя знакомая, его духовная дочь, даже вначале боялась рассказывать мне о нем, опасаясь, чтобы старцу не стало еще хуже…

Последний раз встретил я доброго пастыря в центре Вологды года три назад. Он сильно сдал и, как мне показалось, даже поначалу не узнал меня. А потом спросил: «Ты в церковь-то ходишь?» «Хожу, батюшка», — подтвердил я. «Ну ходи, а то скоро нельзя будет». В этот момент к о. Гурию подошла какая-то женщина, и наш разговор прервался. Увы, живым я его уже больше никогда не видел».

Из воспоминаний А. В. Быковой: «Батюшка Гурий жил у нас на квартире 14 лет… В то время он служил с Владыкой Михаилом иподьяконом и всех фотографировал в церкви. Мы спрашивали его как он пришел к Богу? Он говорил, что тяжело было прийти: шаг шагнешь да шаг обратно, враг-то не пускает.

А потом Юра пошел к отцу Владимиру и сказал, что он тайно верующий, батюшка отправил его к Владыке в епархию, вот так его и приняли иподьяконом и фотографировать…

Вера у него была детская такая, очень хорошая. Он все собирал по крупицам, где бы чего найти, а ведь тогда книжек-то церковных не было, и вот, если достанет где, столько у него радости было…

Как-то он говорит: «Я ведь скоро буду носить усы и бороду, в бороде-то ведь есть благодать Божия». …Прошли годы, и мы готовили его к постригу, шили рубаху и помогали. Потом его постригли в монашество и возвели в сан иеродиакона.

Благодаря вере и стремлению к Богу отца Гурия и мы-то стали больше молиться и читать духовной литературы…

Как-то раз пошла ночью в туалет и думаю: посмотрю, как там отец Гурий. А он распростерся на полу, распущенные волосы раскинуты. Я испугалась, думала, он помер. А он «Зачем ты мешаешь?» А он молился.

Еще помню, когда стал он только в церковь ходить, залез на крышу и кричал: «Люди, идите к Богу, идите к Богу!» Он был очень простой, и ему дана была молитва. Моя мама была слепая 5 лет, она мне сказала, что Юра будет избранник Божий и будет служить, я уж не знаю, откуда ей это было известно…»

Воспоминания рабы Божией Антонины: «…Ночью не ложился на постель, а все время сидел. Сидя и задремлет, а потом снова молится.

Однажды, в 12 часов ночи, батюшка слышал звон: «Так в набат били на Небесах!»

Как-то сказал: «Я сегодня беса видел. Я сказала: «И вы его не испугались?» А он в ответ: «Нет, не испугался, я не первый раз его вижу: когда я молюсь за умерших без покаяния, то бесы дергают меня за бороду, свечи гасят… Вам никому этого не вынести»».

Воспоминания рабы Божией Тамары: «…На мой взгляд, духовное богатство батюшки было в том, что он всех любил, всех жалел, искренне болея душой за каждую обратившуюся к нему душу, чтобы она спаслась через покаяние.

Для меня батюшка – это луч Божьего Света, который очищал, просвещал, дарил душе Пасху. С ним было всегда радостно, просто и легко. Батюшка никогда ни на кого не обижался, все в его сердце покрывала любовь. Одновременно батюшка очень радел о чистоте Православия, зная, что в наше время самое главное, как он говорил, «не заблудиться»».

Из воспоминаний рабы Божией Лидии: «С батюшкой Гурием мне довелось познакомиться в 1996 году, осенью. До этого я ходила в церковь, верила, что Бог есть, но ходила так, поставить свечку или что-либо заказать. Познакомившись с батюшкой, попросилась у него в духовные чада, и он взял меня в чада сразу.

Батюшка Гурий мне очень понравился, он был такой добрый, в общении очень простой. Его глаза светились любовью и радостью. Любил он всех одинаково, и молодых, и старых, очень переживал за прихожан, которые пьют вино, говорил, что нужно чаще исповедываться и причащаться, стараться исправить эти грехи, чтобы больше не повторять.

Батюшка еще говорил всем, что нужно чаще заказывать благодарственные молебны, благодарить Бога и в радости, и в горе. Еще говорил, что нельзя женщинам стричь и красить волосы, носить короткие юбки

Нашего батюшку Гурия часто переводили из одного храма в другой, а потом вообще отправили из Вологды. Но где бы он ни появлялся, людей возле него было очень много…

Когда батюшка умер, я с тех пор не встретила такого доброго и лучезарного человека. Он всегда светил всем, как солнышко, и все любили и почитали его».

+ + +

…Он каждую ночь с 24.00 до 6.00 молился…

Отец Гурий отказывался ужинать перед причастием. Служить начинал рано. Всех поминал на проскомидии, всех исповедовал. Все требы сам служил: молебны, панихиды, отпевания. На водосвятном молебне всех кропил св. водой как райским дождиком. Всегда радостный, улыбающийся. На цветном фото у св. престола была проявлена красная полоса-зарево: от престола и выше, от колен о. Гурия и выше. Бог даровал ему Св. Духа как и на престоле Своем.

По силе благодати и вражьи нападки. После освящения квартиры о. Гурий говорил: «Враг изгнан, но он меня не оставит в покое, где-нибудь все равно отомстит». Мстил ему враг коварно. На литургии в алтаре все буквы сотрет в служебнике, а все думают: «Батюшка уснул». Говорил: «Все пройдут высокие, а меня маленького как даст об косяк или в снег. Подсовывали заколдованные продукты, после которых батюшка долго отходил. Даже под видом св. воды. Только чтение 40 раз псалма 26 вывело его из этого состояния…

Все службы о. Гурий проводил тщательно и без сокращений. Часто он и квартиры освящал, и автомобили. В автомобиле требовал открывать все двери и люки и везде кропил св. водой. Освящение квартиры проводил по чину с освящением воды. Ставил иконку на восток, три свечи, воду и освящал воду, а потом этой водой все кропил в квартире и кадил кадилом. При этом требовал открыть все шкафы, тумбы, серванты, комоды. И по всем углам он кропил св. водой и кадил. При каждении читал псалом 50-й. В частном доме он кропил и кадил даже веранду, погреб, чердак и пристройки: сеновал, сарай, дровник, баню. После освящения часто нас угощали обедом, от которого батюшка не отказывался. Он говорил: «Теперь враг изгнан из дома, но он мне где-нибудь отомстит». И мстил враг ему жестоко, а он все терпеливо переносил как верный раб Христов и стойкий воин на поле брани. Нам же не показывал свои скорби и был всегда весел и бодр духом…

Отец Гурий за несколько лет (1997-1998 гг.) до прославления Царя Николая ІІ служил ему молебны в храме и дома. Еще тогда он молил Бога о Царе. А меня images (85)спросил: «Ждешь Царя?» Тогда я недоумевал по незнанию. Но когда начал читать исторические документы о Царе, тогда понял: как нас обманывали жиды, чтобы оклеветать Царя. Чем ближе я знакомился с материалами о Царе, тем он мне становился роднее и ближе. Теперь я точно знаю, что на всех нас лежит тяжкий грех цареубийства, который все мы должны замаливать. Ведь Царь был святой. А враги его оклеветали и убили, чтобы веру православную в нас уничтожить. И кровь царская на всех нас, ведь враг подстроил так, что через ваучеры раздал нам царское имущество. Отец Гурий давал епитимью за ваучер: 12 поклонов с молитвой «Господи, прости меня за то, что я брал ваучер». А все деньги от него раздать нищим. Тогда Бог простит. И нужно прославление Царя Николая ІІ и покаяние в его убийстве всенародное. Иначе Бог накажет нас за этот грех, ведь Царь – Помазанник Божий, к которому не прикасайся. А мы его оклеветали и убили. Какое же должно быть покаяние, чтобы Бог простил? Царь же уподобился Христу: кротко претерпел все. Теперь Бог открывает нам его через знамения и чудеса исцелений. Через Царя – наше спасение. Бог дал ему дерзновение заступничества за нас, кто призовет его.  Царь Николай ІІ и на Небесах второй после свт. Николая Чудотворца…

Батюшка разоблачил самозванца «старца» Сергия в г. Вологде, который силами обманутых ребят строил дом. Чадам он не благословил и ходить к Сергию. А тех, кто не послушал его, вычеркнул из своих чад.

Батюшку неоднократно переводили (гнали) из монастыря и опять возвращали, т.к. где о. Гурий, там и народ. Автобусами чада ездили к о. Гурию на приход за сотни километров. Некоторые исповедовались только ему полной исповедью, а другим – общие грехи (чтобы причаститься)…

Усилиями батюшки в монастыре (в г. Вологде) стали служить ежедневно литургию, в воскресенье – две. Он настоял, чтобы на проскомидии вынимали частицы из всех просфор, «или купи батон в магазине вместо такой просфоры», — говорил…

Добродетели свои …скрывал. Предсказывал будущее. Мне подарил дом и говорит: «В нем будет твоя мама жить». И это сбылось после пожара в маминой квартире. За три года он предсказал свою кончину. Перед смертью он взял строгий пост, как в затворе: просфора и стакан св. воды в день. Успел проститься с близкими людьми…

Видел всех своих преследователей из милиции и мне их показывал. Готовил чад к мученическому венцу. Имел железные вериги: кольцо на шее с тяжелым крестом на цепи, который протирал всю одежду.

Всегда сверял себя с Библией и еретиков разоблачал на основании Библии.

…Я ездил к нему в больницу г. Сокола два раза. Но он уже не приходил в сознание. Его молитвами я попал и на его похороны: поклонился ему после отпевания в монастыре, вез его на Лазаревское кладбище, нес его к могиле, держал его крест, когда закапывали. И было у меня чувство и скорби, и радости. Это о. Гурий нас утешал. С его могилки уходить никак не хотелось. Видно, так угодно Богу. Теперь он там еще больше за нас молится Богу и утешает нас.

Воспоминания рабы Божией Татьяны: «…Так уж получилось, по моей греховности, что я не смогла стоять на коленях во время великопостной службы при чтении канона святого Андрея Критского. Приду в храм, на душе – тоска, и боли в ногах. Стыдно, и я ухожу. Пошла к батюшке о. Гурию на могилку, помолилась и стала рассказывать о своей скорби. Когда шла обратно, на душе стало спокойно. Смогла ходить в храм и стоять во время чтения канона на коленях.

Многое можно вспомнить о дорогом батюшке, да разве все расскажешь. Я не берусь оценивать меру его святости, но то, что он пребывал в любви к Богу и ко всем нам, грешным, это было видно.

Вспоминается случай, когда я по воле сердца, внезапно, пожелала навестить батюшку 10 августа 2001 года в городе Соколе. Приятно и удивительно было то, что, кроме меня, также приехали еще шесть человек, духовные чада батюшки. Зайдя в квартиру, мы очень расстроились, узнав, что батюшка очень болен, давление – под 300, только что уехала скорая помощь. Мы решили потихоньку приготовить трапезу, читали Псалтирь. И видим: вышел батюшка в епитрахили исповедывать нас. Когда я зашла к нему в комнатку, где проходила исповедь, меня охватило чувство любви и сочувствия к нему, мне трудно было исповедываться. После исповеди и разрешительной молитвы батюшка благословил меня читать акафист Святому Духу. Исповедь была закончена, и батюшка, хотя и был очень слаб, сел с нами за трапезу. На его больном лице скромно светилась улыбка. Посидев немного с нами и не вкусив пищи, он пошел в свою комнатку и больше уже не выходил, так было ему тяжело. Это была последняя встреча (не считая посещения в больнице), последняя исповедь, последняя трапеза с ним…

Размышляя об этом, я думаю, какую же надо иметь любовь – до последней капли крови, до последнего издыхания, — чтобы спасать души человеческие, не щадя себя.

Помяни, Господи, во Царствии Своем игумена Гурия и молитвами батюшки и всех Святых помилуй нас. Аминь. Вечная память, вечная память, вечная память… Господь мой, Бог мой, слава Тебе за все, за все, за все!»

По книге «Лучезарный батюшка.

Воспоминания о игумене Гурии (Чезлове)»,

Вологда, 2005г.

4