Метки

, , ,

Схиигумен Савва Остапенко…Они ведают все, что Писание сказывает о злобном враге нашем, но не прилагают веры сказанному. Можете судить, как должен быть доволен враг наш и как радоваться, находя между людьми такое неверие в самое бытие свое!.. Лучшего положения не мог пожелать он сам. Ибо, представляя его несуществующим, потому самому нисколько не страшатся его и не принимают мер против козней его, а таким образом дают ему возможность действовать над собою, как ему угодно. Это воины, отдающиеся в плен без сражения! …Посмотрите на тех людей, для коих дух злобы не существует. Для них не существует и Искупитель. Ибо для чего искать вождя, когда нет брани?…

Старец схиигумен Савва

Не прилепляйтесь к пустому — Почему я томлюсь и стражду? — Свобода — дар от Бога, но не в ней ли причина моих бед? — Перестанем расточать сокровище свободы безрассудно — Грехи наши, подобно нам самим, не умирают — Ни Искупитель, ни искуситель наш не могут действовать на нас без нас — О великой брани между семенем жены и семенем змия, …между всеми нами и общим врагом нашим, многие из нас почти ничего не знают! — Для людей, для коих дух злобы не существует, не существует и Искупитель — Сила врага связана, он не то делает, что хотел бы, а лишь то, что попускает ему Бог, для нашего же блага — Если человек подвергнут искушению, то потому, что мог победить его — Позволяя чувствам затмить разум, и самые умные люди становятся глупее малых детей 

  Старец схиигумен Савва (1898-1980):  «Не отдавайте Вашего сердца тому, что не может быть вечным: над миром внешним замечайте иной мир – истинный, действительный. Тогда Вы не будете иметь ни той низкой угодливости к людям, стоящим выше Вас, ни еще более низкого презрения к тем, которые ниже Вас, потому что в каждом увидите душу, то есть, Святилище, к которому Вы можете приблизиться не иначе, как с глубоким уважением…

Откуда и как возникло все зло, облежащее меня и весь мир со мною? Не у Творца ли моего не доставало, быть может, сил и средств создать меня чистым и праведным, безсмертным и блаженным? Но один простой взгляд на необъятный мир, на порядок и красоту Вселенной уже ясно показывает, что Десница, меня созидавшая, была Всемогуща и Всеблага: ибо Ею не забыто и снабжено всем нужным и самомалейшее творение.

А я, между тем, томлюсь и стражду: стражду так, что сам по себе не вижу конца своим страданиям…

Не сам ли я потому и виною сего? Во мне есть и теперь свободность, по коей могу усовершать свое состояние, или превращать его и губить себя. Это моя свобода… В ней же по сему самому, в ней должна быть причина и моего бедственного состояния на земле. Была некогда, была злополучная минута, в которую я, злоупотребив произволом своим, разорвал нагло первобытный союз, соединяющий меня и весь мир с источником истинной жизни и блаженства.

Творец, раз давши человеку свободу, отказавшись, так сказать, в отношении его от всякого принудительного всевластия, Он никогда уже не возьмет дара Своего назад.

Великое дело быть существом свободным! Это в некоем смысле значит – быть подобным Богу!

Ибо, по свободе, каждый человек, самый бедный и последний, может каждую минуту делать то, чего во всю вечность не в состоянии ни разу сделать вся совокупность существ неразумных, со всею громадностию их сил и разнообразием свойств, потому что существа сии, яко неразумныя, все подчинены закону необходимости, и не могут отклониться от того пути, по коему велено идти им. Человек, напротив, каждую минуту может переменить свои мысли и действия, устремляться горе и долу, на-десно и шуее, следовать истине и лжи, избирать добро или зло. Таким образом, хотя, подобно другим тварям, он создан из ничего всемогуществом Божиим, но, вместе с тем, сам, посредством употребления своих способностей и сил, может и должен быть как бы творцом своей судьбе. Познаем же, собственное преимущество, возблагоговеем пред величием дара, нас укрепляющего, перестанем расточать сокровище свободы безрассудно. Ибо этот дар столь же опасный как и великий. Мы можем каждую минуту, по свободе, делать что угодно, но возвратить из сделанного ничего не можем. Всякий поступок наш остается, при том не один, а производит из себя ряд действий по виду своему. Каждое благое действие наше во всю вечность будет производить из себя ряд действий благих, а злое – злых и нечестивых. Посему, на какой поступок не решаешься ты, человек, помни, что ты решаешься на то, что вечно. Поступая легкомысленно, и в сей жизни мы уже часто наказуемся жестоко за наше легкомыслие: рады бы иногда отдать все, чтобы возвратить иной поступок, но невозможно. В вечности же, куда мы должны прейти чрез смерть, будем страдать от сего стократ более, ибо взор наш на худость прошедших грехопадений наших сделался несравненно яснее, чувство отвращения к ним живее. Будем видеть, как грехи наши, подобно нам самим, не умирают, а живут в своих злых последствиях: и, между тем, не в состоянии будем ничего сделать к уничтожению их. Посему, из жалости к самим себе, будем употреблять свободу воли нашей с крайнею осмотрительностию во всем; постараемся при том избегать не одних больших по своему размеру преступлений, но и малых нарушений закона Божия, памятуя, что и первый грех, погубивший всех нас и все вокруг нас, состоял, по внешности своей, не в погашении солнца или луны на небе, а в срывании с древа и вкушения запрещенного плода.

23Ни Искупитель, ни искуситель наш не могут действовать на нас без нас: первый, не смотря на Свое всемогущество, не может переставить нас в рай, если мы будем противиться тому; последний, не смотря на всю злобу и хитрость его, не в состоянии увлечь нас в ад, если мы не будем содействовать тому. От нас самих, посему, зависит благополучный или злополучный исход борьбы, за нас ведомой: прейти нам на небо или во ад, можно сказать, в нашей воле. Кому помогаем? На чьей стороне остаемся?..

Увы, у нас множество споров, распрей и браней; а о великой брани между семенем жены и семенем змия, то есть, между всеми нами и общим врагом нашим, многие из нас почти не ведают! Не ведают, что этот лютый дракон доселе непрестанно ходит по всему миру с теми клевретами своими, «иский кого поглотить» (1 Петр.5, 8). Откуда это пагубное неведение? От собственного небрежения. Ибо Евангелие непрестанно возглашает о сей важной для всех истине, — и другим она известна, но обращается ими не на пользу, а во вред себе и другим. Они ведают все, что Писание сказывает о злобном враге нашем, но не прилагают веры сказанному. Можете судить, как должен быть доволен враг наш и как радоваться, находя между людьми такое неверие в самое бытие свое!.. Лучшего положения не мог пожелать он сам. Ибо, представляя его несуществующим, потому самому нисколько не страшатся его и не принимают мер против козней его, а таким образом дают ему возможность действовать над собою, как ему угодно. Это воины, отдающиеся в плен без сражения! И действительно, посмотрите на тех людей, для коих дух злобы не существует. Для них не существует и Искупитель. Ибо для чего искать вождя, когда нет брани? Для них нет и заповеди с запрещенным древом: все позволено! Блюдите подобных лжеумствователей, мудрых только на зло. Памятуйте непрестанно, что у всех нас «брань не с плотию и кровию», не с соблазнами только мира видимого, а и «с духом злобы поднебесной» (Еф.6, 12): памятуя о сем, никогда не слагайте с себя того святого всеоружия, коим Слово Божие облекает христианина на сражение с врагом нашего спасения…

Все это так, подумает кто-либо; но для чего было попускать такому ужасному существу, как дух отверженный, действовать на человека в такую решительную пору, когда судьба его видимо колеблется между небом и адом? Пусть бы искушало человека одно запрещенное древо и собственная его свобода. Для нашей слабости довольно было и сиз двух искушений. За то, видишь ли, возлюбленный, как ограничено это попущение!

Если сам дух злобы является, чтобы искусить, то является как преступник, связанный по рукам и ногам невидимыми узами. Ему дано действовать, но не всеми глубинами злобы и лукавства: хитрости и козни его сокращены, умалены, унижены до образа гада пресмыкающегося.
Если человек подвергнут искушению, то потому, что мог победить его. Почему же не победил? Потому что не захотел победить его. Почему не захотел? Потому, что обладал свободою и допустил чувственности затмить в себе разум. При таком затмении и самые высокие по уму люди становятся иногда неразумнее малых детей, и совершают дела, о коих каждый невольно спрашивает: как эту странность мог сделать такой умный человек?..»

По брошюре: «Схиигумен Савва «Откуда и как возникло зло, облежащее меня?», М., Издание Крестовоздвиженского Иерусалимского Ставропигиального женского монастыря, 2010г.»

003