Метки

,

003

 «В самые тяжелые времена удобно будет спасаться тот, кто в меру сил своих станет подвизаться в молитве Иисусовой, восходя от частого призывания имени Божия к молитве непрестанной»

Старец Серафим Вырицкий

Преподобный Серафим Саровский (1759-1833) учил, как надо творить молитву Иисусову: «Занимаясь необходимыми делами, с утра до обеда творить молитву Иисусову: «Господи, Иисусе Христе Сыне Божий, помилуй мя грешного» или просто «Господи, помилуй», а от обеда до вечера – «Пресвятая Богородице, спаси мя грешного» или «Господи, Иисусе Христе, Богородицею помилуй мя грешного».
07
«В молитвах внимай себе, — советовал подвижник, — т. е. ум собери и соедини с душею. Сначала день, два и больше твори молитву сию одним умом, раздельно, внимая каждому особо слову. Потом, когда Господь согреет сердце твое теплотою благодати Своей и соединит в тебе оную в един дух: тогда потечет в тебе молитва оная безпрестанно и всегда будет с тобою, наслаждая и питая тебя…» Преподобный говорил, что, исполняя это правило со смирением, можно достигнуть христианского совершенства и в мирской жизни.

Старец-затворник Гефсиманского скита иеросхимонах Александр (1810-1878) на вопрос ученика «Почему так мало усердно занимающихся молитвой Иисусовой?» ответил:

— Много начинают, да мало кончают. Молитва Иисусова выше всех деланий духовных. Но если кто понудит себя усердно к ней и на опыте вкусит сладость от нее, тот скажет тогда: «Блажен тот человек, который ею занимается».

Ученик. Батюшка, как же научиться этой молитве, так чтобы, положив начало, и после не перестать ею заниматься, потому что начинающие читают эту молитву с трудом и неохотой?

Старец. Надо нудить себя. Без самопринуждения ни в чем не успеешь. Трудно идти в гору – под гору бывает легче; трудно бывает слепому, пока он не прозрит; а когда прозрит, радуется и веселится, что увидел свет. Так и в молитве, хотя и плохо и с трудом будем учиться, но со временем выучимся, если не ослабеем; зависеть это будет от нашего самопонуждения. Божия же помощь всегда готова к нам прийти.
МО4
Преподобный Макарий Оптинский (1788-1860) пишет в одном из писем: «Скорбь ваша о холодности к Богу должна заменяться смирением и преданием себя в волю Божию, — а не смущаться, как о сем Святые Отцы нас укрепляют…

Пишите вы, что молитва Иисусова вас оставила почти совершенно; а кажется, вы ее оставили, она же нимало не причиною.

Старайтесь, сколько можно, заниматься оною устно и в служении, ибо Господь дарует молитву молящемуся. Но смущаться также не должно за нестяжание сего священного дара. Взгляните на свое рассеянное устроение и нравственность – мир и суета его помрачает свет ума; а вы с сим связаны крепкими узами. При лишении же сего многожелаемого дара молитвы обратитесь к тем средствам, которыми можем доказать любовь Божию – к исполнению Его святых евангельских заповедей: любяй Мя заповеди Моя соблюдает (ср. Ин.14, 21), — в числе коих найдете и смирение, без коего ни одна добродетель не может быть благоприятна Богу…»
АО10
Преподобный Амвросий Оптинский (1812-1891).

Многим заповедовал старец Амвросий, и письменно, и устно, молиться краткою молитвою Иисусовою: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного».

Так, писал он к одной особе: «Бог да благословит оставить обычное правило и постоянно держаться молитвы Иисусовой, которая может успокаивать душу более, нежели совершение большого келейного правила. Из прежних опытных старцев по имени Василий объяснял это так: держащийся большого келейного правила, когда исполняет оное, подстрекаем бывает тщеславием и возношением; когда же почему-либо не может исполнить своего правила, то смущается. А держащийся постоянно молитвы Иисусовой одинаково пребывает в смиренном расположении духа, как бы ничего не делающий, и возноситься ему нечем».

Иеросхимонах Николай (Цариковский), духовник Киево-Печерской лавры (1829-1899) учил и новоначальных своих духовных чад непрестанно молиться, дышать, так сказать, умной молитвой Иисусовой, говоря, что ее можно совершать и без четок, но со смирением и терпением. Что она имеет великую силу, что с нею можно и в миру безбедно, безопасно жить, а без нее и в монастыре трудно. Ею особенно нужно пользоваться тогда, когда враг нападает и старается или через внешние чувства, или через греховные помыслы войти в душу. Даже когда он, пользуясь неопытностью или нерадением человека, проникнет в сердце его и начнет уже властно принуждать его ко греху, действуя на кровь, то изгнать из сердца этого лютого врага может только одна молитва Иисусова, сказываемая умом в сердце с верою и любовью, с терпением и усердием. Она, как огонь вещество, невидимо, силой Божией опаляет диавола и его демонов, так что, не вынося ее, он оставляет человека».

Иосиф Оптинский 22 мая 1911Преподобный Иосиф Оптинский (1837-1911).

Вопрос: молитва Иисусова, батюшка, плохо идет у меня. Кажется, и простая вещь, везде и всегда можно бы творить ее, так нет – забывается.

Старец: Да, она как бы и простая вещь, а неудержима; сказал несколько раз и забыл, — вспомнил, еще проговорил десяток раз – и опять рассеяние. В день-то сотню одну скажешь, а воображаешь, что молитву проходишь. Поэтому вначале надобно непременно количеством на счет проходить, пока не получишь навыка

Еще батюшка говорил мне, что молитву Иисусову надобно произносить раздельно, редко; а что помыслы приходят – это обычно диавол навевает, чтобы отвлечь внимание от молитвы. Но тут-то и нужно усерднее и более углубляться в молитву, и помыслы, то есть сам диавол, жегомый страшным именем Иисусовым, бежит. А иногда враг держит за сердце, раздражает ненавистью к кому-либо и осуждением.

Однажды батюшка говорил мне: «Много есть плачущих, но не о том, о чем нужно; много скорбящих, но не о грехах; много есть как бы смиренных, но не истинно. Чтобы преуспевать в молитве Иисусовой, надобно смиренно себя вести во всем: во взгляде, в походке, в одежде».

Говорил старец, что молитва Иисусова великую пользу доставляет тому, кто ее творит; и непременно надо привыкать творить ее. Она будет утешать, особенно во время болезни. Если кто привык творить ее всегда, то и в болезни будет творить; и ему не будет так скучно, молитва будет служить ему утешением. А если человек, будучи здоровым, не занимается молитвой, то, и когда заболеет, не в состоянии будет молиться, как не имеющий навыка; и ему тяжело бывает. А посему, пока здоров, и надо учиться и привыкать к молитве, и творить ее часто; хотя и не чисто, но все же будешь со смирением выговаривать: Господи, помилуй мя грешного! А сердца сокрушенна и смиренна, сказано, Бог не уничижит.
01
Преподобный Варсонофий Оптинский (1845-1913): «Весь мир находится как бы под влиянием какой-то силы, которая овладевает умом, волей, всеми душевными силами человека. Одна барыня рассказывала, что был у нее сын. Он был религиозен, целомудрен, вообще был хороший мальчик. Сошелся с дурными товарищами и стал неверующим, развратным, словно кто-то овладел им и заставляет его все это делать. Очевидно, что эта посторонняя сила – сила злая. Источник ее – диавол, а люди являются только орудиями, средством. Это антихрист идет в мир, это – его предтечи. Про это апостол говорит: послет им духа заблуждения, духа лестча… Зане любви истины не прияша… Человек остается как бы беззащитным. Настолько им овладевает эта злая сила, что он не сознает, что делает. Даже внушается самоубийство и совершается. А почему это происходит? Потому что не берут оружия в руки: не имеют при себе имени Иисусова и крестного знамения. Никто не согласится сотворить молитву Иисусову да крестное знамение: это такие древности, совершенно отжившие свой век…

Великое имеем мы, верующие, оружие! Это сила Животворящего Креста. Как подумаешь, страшно становится за неверующих, они совершенно беззащитны. Это то же самое, как если бы человек, совершенно безоружный, ночью отправился в дремучий лес; да его там растерзает первый попавшийся зверь, а защищаться ему нечем. Мы же не будем страшиться бесов. Сила крестного знамения и имя Иисусово, страшное для врагов Христовых, спасет нас от лукавых диавольских сетей…   

Постоянно имейте при себе Иисусову молитву: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешного», и открывайте помыслы… Имя Иисусово разрушает все диавольские приражения, они не могут противиться силе Христовой. Все козни диавольские разлетаются в прах.

Совершение молитвы Иисусовой очень важно… Апостол Петр говорит: Трезвитеся, бодрствуйте, зане супостат ваш диавол, яко лев рыкая, ходит, иский кого поглотити (1 Пет.5, 8). Как поэтому необходимо всегда творить молитву Иисусову, которая есть крепкое оружие против врага! Господь сказал: …именем Моим бесы ижденут… (Мк.16, 17). Молитва эта открывает человеку вечные Тайны Божии…

У нас один меч – молитва Иисусова. Сказано: «Бей этим мечом невидимых ратников, ибо нет более сильного оружия ни на небе, ни на земле».

Если вдуматься в эти слова, становится страшно, что нет более сильного оружия даже на небе. «О имени Иисусове всяко колено поклонится небесных, и земных, и преисподних, и всяк язык исповесть, яко Господь Иисус Христос
002
Молитва Иисусова имеет громадное значение в жизни христианина. Это кратчайший путь к достижению Царствия Небесного, хотя этот путь нелегкий, и, вступив на него, мы должны быть готовы к скорби. Правда, немалое значение имеют и другие молитвы, и человек, проходящий Иисусову молитву, слушает в церкви молитвословия и песнословия, совершает обязательные келейные правила. И все-таки именно Иисусова молитва скорее других приводит человека в покаянное настроение и показывает ему его немощи, следовательно, скорее приближает к Богу. Человек начинает чувствовать, что он величайший грешник, а это Богу только и нужно.

Враг всячески старается отклонить христианина от этой молитвы, ее он больше всего боится и ненавидит. Действительно, человека, всегда творящего эту молитву, сила Божия сохраняет невредимым от вражеских сетей. Когда же человек вполне проникается этой молитвой, то она отверзает ему райские врата, и хотя бы он на земле не получил особых даров и благодати, душа его будет дерзновенно вопиять: Отверзите мне врата правды… (Пс.117, 19).

И вот враг внушает различные помыслы для смущения неразумных, говоря, что молитва требует сосредоточенности, умиления и так далее, а если этого нет, то она только прогневляет Бога. Некоторые слушают эти доводы и бросают молитву на радость врагу.

Не следует внимать искусительным помыслам, надо гнать их далеко от себя и, не смущаясь, продолжать молитвенный труд. Пусть незаметны плоды этого труда, пусть человек не переживает духовных восторгов, умиления, но все-таки бездейственной молитва остаться не может. Она бесшумно совершает свое дело.

В бытность в Оптиной известного старца отца Льва один инок, двадцать два года проходящий Иисусову молитву, впал в уныние – вроде как бы не видел никаких благоприятных результатов своего труда. Он пошел к старцу и высказал ему свое горе.

—          Вот, отче, двадцать два года совершаю я Иисусову молитву и не вижу никакого толка.

—          А какой же ты хочешь видеть толк? – вопросил старец.

—          Как же, отче, — продолжал инок, — я читал, что многие, совершая эту молитву, стяжали духовную чистоту, имели дивные видения, достигали полного бесстрастия. А я, окаянный, искренне сознаю, что я самый великий грешник, вижу всю свою скверну и, размышляя о сем, идя по дороге от монастыря к скиту, часто трепещу, чтобы не разверзлась земля и не поглотила бы такого нечестивца, как я.

—          А ты видел когда-нибудь, как матери держат на руках своих детей?

—          Конечно, видел, отче, но как это ко мне-то относится?

—          А вот как. Если ребенка потянет к огню, и он даже будет плакать из-за этого – позволит ли мать обжечься ребенку? Конечно, нет, она его унесет от огня. Или вышли вечерком женщины с детьми воздухом подышать, и вот один младенец потянулся к луне и плачет: дай ему ее поиграть. Что же делать матери, чтобы его утешить? Нельзя же дать ему луну. Она его в избу унесет, в зыбку положит, покачает… Так и Господь поступает, чадо мое. Он благ и милостив и мог бы, конечно, дать человеку какие угодно дары, но если этого не делает, то для нашей же пользы. Покаянное чувство всегда полезно, а великие дары в руках человека неопытного могут не только принести вред, но и окончательно погубить его. Человек может возгордиться, а гордость хуже всякого порока: гордым Бог противится. Всяк дар надо выстрадать. Конечно, если царь просто так, от своих щедрот, преподносит дар, то нельзя, отказавшись, бросить его ему в лицо обратно; надо принять с благодарностью, но и стараться употреблять с пользой. Бывали случаи, что великие подвижники, получив особые дарования, за гордость и осуждение других, не имеющих таких даров, ниспадали в глубину погибели.

—          А все-таки хотелось бы от Бога гостинчика, — продолжал инок, — тогда и трудиться было бы и спокойнее, и радостнее.

—          А ты думаешь – это не милость Божия к тебе, что искренно сознаешь себя грешником и трудишься, совершая молитву Иисусову? Продолжай поступать так же, и если Господу будет угодно, Он даст тебе и сердечную молитву.

Через несколько дней после этой беседы по молитвам отца Льва совершилось чудо. В один воскресный день, когда тот инок по послушанию подавал пищу братии и, ставя миску на стол, произнес: «Приимите, братия, послушание от меня, убогого», он почувствовал в своем сердце что-то особенное, точно какой-то благодатный огонь вдруг подпалил его. От восторга и трепета инок изменился в лице и пошатнулся. Братия, заметив это, поспешили к нему.

—          Что с тобой, брат? – спрашивали его с удивлением.

—          Ничего, голова заболела.

—          Не угорел ли ты?

—          Да, верно, угорел, помогите мне, Господа ради, дойти до моей кельи.

Его проводили. Он лег и совсем забыл о пище, забыл все на свете и только чувствовал, что сердце его пламенеет любовью к Богу, к ближним. Блаженное состояние! С тех пор молитва его стала уже не устной, как прежде, а умно-сердечной, то есть такой, которая никогда не прекращается и о которой Священное Писание говорит: Аз сплю, а сердце мое бдит… (Песн.5, 2).

Впрочем, не всегда Господь посылает умно-сердечную молитву, некоторые всю жизнь молятся устной молитвой. С ней и умирают, не ощутив восторгов сердечной молитвы, но и таким людям не следует унывать. Для них духовные восторги начнутся в Будущей Жизни и никогда не кончатся, а будут увеличиваться с каждым мгновением, постигая все больше и больше Божии совершенства, в трепете произнося: «Свят, Свят, Свят».

Молитва Иисусова разделяется на три, даже на четыре ступени.

Первая ступень – молитва устная, когда ум часто отбегает и человеку надо употреблять большое усилие, чтобы собрать свои рассеянные мысли. Это молитва трудовая, но она дает человеку покаянное настроение.

Вторая ступень – молитва умно-сердечная, когда ум и сердце, разум и чувства – заодно. Тогда молитва совершается безпрерывно, чем бы человек ни занимался: ел, пил, отдыхал – молитва все совершается.

Третья ступень – это уже молитва творческая, которая способна передвигать горы одним словом. Такую молитву имел, например, преподобный пустынник Марк Фраческий. К нему однажды пришел для назидания один инок. В разговоре Марк спросил: «Есть ли у вас теперь такие молитвенники, которые могут и горы передвигать?» Когда он это говорил, гора, на которой они были, содрогнулась. Святой Марк обратился к ней, как к живой: «Стой спокойно, я не о тебе говорю».

Наконец, четвертая ступень – это такая высокая молитва, которую имеют только Ангелы и которая дается, может быть, одному из всего человечества.

Покойный батюшка отец Амвросий имел умно-сердечную молитву. Эта молитва ставила его иногда вне законов природы. Так, например, во время молитвы он отделялся от земли. Его келейники сподобились видеть это. Последнее время батюшка был болен и все время полулежал в постели, так что не мог ходить в церковь. Все службы, кроме обедни, совершались у него в келье. Однажды совершали всенощную. Батюшка, как всегда, полулежал. Один келейник стоял впереди у образа и читал, а другой – позади батюшки. Вдруг он видит, что отец Амвросий садится на кровати, затем поднимается на десять вершков, отделяется от кровати и молится в воздухе. Ужаснулся келейник, но пребыл в безмолвии. Когда пришла его очередь читать, то другой, встав на место первого, сподобился того же видения. Когда закончили службу и келейники пошли к себе, то один сказал другому:

—          Ты видел?

—          Да.

—          Что же ты видел?

—          Видел, что батюшка отделился от кровати и молился на воздухе.

—          Ну, значит, это правда, а то я подумал, что мне только это кажется.

Хотели они спросить о том отца Амвросия, да побоялись: старец не любил, когда говорили что-нибудь о его святости. Возьмет, бывало, палку, стукнет любопытствующего и скажет: «Дурень, дурень, что грешного Амвросия об этом спрашиваешь?» — и больше ничего.

Прежде молитву Иисусову проходили не только монахи, она была обязательна и для мирских (например, известный исторический деятель Сперанский, издатель законов, упражнялся в творении Иисусовой молитвы и был всегда радостен, несмотря на многоразличные труды  свои). Теперь даже монахи недоверчиво относятся к этому подвигу. Один, например, говорит другому:

—          Слыхал?

—          Что?

—          Да отец Петр начал совершать Иисусову молитву.

—          Неужели? Ну, верно, с ума сойдет.

Есть пословица: нет дыма без огня. Действительно бывали случаи, что и с ума сходили люди, но отчего? Да брались за эту молитву самочинно, без благословения, и, начав, сейчас же хотели попасть в святые, лезли на Небо напролом, как говорится, ну и срывались.

(Отец Венедикт недавно был в Оптиной. С батюшкой Варсонофием он вел продолжительные беседы и на вопрос об Иисусовой молитве получил ответ: «Все рабы Божии – и в монастыре, и в скиту – проходят молитву Иисусову, только трудовую, то есть первой ступени»).

Впрочем, и на этой ступени есть до тысячи градаций, и проходящие эту молитву поднимаются, так сказать, с одной линейки на другую. Но человек не может определить сам, на каком уровне он стоит. Считать свои добродетели было бы фарисейской гордостью. Надо считать себя стоящим ниже всех и стремиться получить от Господа те дары, которые несомненно несет с собой Иисусова молитва, — это покаяние, терпение и смирение

Произносить слова: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя» каждому нетрудно, а польза громадная, это сильнейшее оружие для борьбы со страстями. Одна, например, горда; другую обуревают блудные помыслы, кажется, и мужчин не видит, а все в мыслях блудит; третья завистлива, а бороться с грехами нет сил, где взять их? Единственно – в Иисусовой молитве. Враг всячески отвлекает от нее. Ну что за бессмыслица повторять одно и то же, когда ни ум, ни сердце не учавствуют в молитве, лучше заменить ее чем-нибудь другим. Не слушайте его – лжет. Продолжайте упражняться в молитве, и она не останется бесплодной. Все святые держались этой молитвы, и она становилась им так дорога, что они ее ни на что не променяли бы…

Иисусова молитва приближает нас ко Христу

На днях приходит ко мне один скитянин-схимник.

— В уныние прихожу я, авва, так как не вижу в себе перемены к лучшему, а между тем ношу высокий ангельский образ. Ведь Господь строго взыщет с того, кто инок или схимник только по одежде. Но как измениться? Как умереть для греха? Чувствую свое полное бессилие…

— Произносите всегда Иисусову молитву и все предоставьте воле Божией.

— Но какая же польза от этой молитвы, если в ней не участвуют ни ум, ни сердце?

— Громадная польза. Разумеется, эта молитва имеет множество подразделений: от простого произношения этой молитвы до молитвы творческой, но нам хотя бы на последнее-то ступеньке быть и то спасительно. От произносящего эту молитву бегут все вражеские силы, и такой рано или поздно все-таки спасается.

— Воскрешен! – воскликнул схимник, больше не буду унывать.

И вот повторяю: произносите молитву хотя бы только устами, и Господь никогда не оставит нас. Для произнесения этой молитвы не требуется изучения каких-либо наук…

Действие этой молитвы покрыто величайшей тайной. Не в одном говорении слов: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешного» она состоит, но доходит до сердца и таинственно водворяется в нем. Через молитву мы входим в общение с Господом Иисусом Христом, молимся Ему, сливаемся с Ним в одно целое. Эта молитва наполняет душу покоем и радостью среди самых тяжелых испытаний, среди всякой тесноты и суеты житейской.

Я получил письмо: «Батюшка, задыхаюсь! Со всех сторон теснят скорби, нечем дышать, не на что оглянуться… Не вижу радости в жизни, смысл ее теряется». Что скажешь такой скорбящей душе? Что надо терпеть? А скорби, как жернов, гнетут душу, и она задыхается под их тяжестью.

Заметьте, что не о неверах и безбожниках я сейчас говорю, не о тех, кто тоскует, когда потеряли Бога, — не о них я говорю. Нет, теряют смысл жизни верующие люди, вступившие на путь спасения, души, находящиеся под действием Божественной Благодати. Не знают они, что это состояние временное, переходное, которое надо пережить. Пишут: «Впадаю в уныние, что-то темное обступает меня».

Я не говорю, что такая скорбь законна, не говорю, что эта скорбь – удел всякого человека. Это не наказание, это крест, и этот крест надо понести. Но как же понести его? Где поддержка? Иные ищут этой поддержки и отрады у людей, думают найти покой среди мира – и не находят. Отчего? Оттого, что не там ищут. Покой, свет и силу надо искать в Боге, через молитву Иисусову. Станет тебе очень тяжело, мрак обступит тебя – встань перед образом, зажги лампадочку, если она не была зажжена, встань на колени, если можешь, а то и так, скажи: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешного!» Скажи раз, другой, третий, говори так, чтобы не одни уста произносили эту молитву, а доходила бы она до сердца. Впрочем, дойдет непременно и до сердца Сладчайшее имя Господа, и мало-помалу удалятся тоска и скорбь, просветлеет на душе, тихая радость воцарится в ней…»

Рассуждения пустыножителейАфонский старец архимандрит Кирик о молитве Иисусовой говорил: «При этой молитве (как и при всякой) надо иметь цель или намерение, с какими произносишь эту молитву, ибо Бог смотрит на цель, на намерение, а без этого Он молитве вашей не внемлет, не принимает ее. Итак, молитву сию надо произносить с предварительной мыслью о той страсти или безпорядочных помыслах, которые в момент молитвы или чаще всего беспокоят. Для этого-то и надо произносить молитву, чтобы Господь именем Своим, которое мы призываем, избавил бы нас от находящих на нас безпорядочных мыслей и желаний. А если нет подобных безчинных мыслей, тогда надо молитву эту произносить только для того, чтобы предать себя всецело воле Божией. Вот причины, побуждающие нас на молитву к Господу нашему; но и на саму молитву надо просить у Бога благословение, иначе будет дерзость с нашей стороны перед Богом…

Святой апостол Павел сказал: «Непрестанно молитесь, о всем благодарите Бога и все творите во славу Божию, ибо это благоугодно Богу».

Итак, непрестанно молиться – это не значит стать перед святыми иконами и целый день молиться, хотя и надо в определенное время молиться; но это не означает непрестанную молитву, которая свойственна посвятившим себя Богу, и наипаче иноческому чину. Прочим же всем людям Божиим – можно и должно за всяким делом, как говорит святой Иоанн Златоуст, молиться и, сидя за прялкой, ум возводить к Богу, и за всяким делом.

…Когда нападает на нас уныние и ожесточение сердца, не допускающее до молитвы, тогда, чтобы прогнать такое состояние, надо сказать в себе: «Господи, нет у меня ни умиления, ни усердия, ни сокрушения, чтобы молиться Тебе достодолжно!» После такого сокрушения сердца милостью Божией явится богоугодная молитва, так как сердце сокрушенное и смиренное Бог не уничижит – не оставит без помощи.

Царство Божие не открывается для того, в кого еще здесь, на земле, не вселился Христос. А где Христос, Который есть Свет незаходящий, там нет тьмы сатанинской, и поэтому не будет у тебя ни скуки, ни уныния, ни жестокости сердца, но будет у тебя на душе тихая радость о Духе Святом и благоговение Божественное и смирение сердца, а где смирение – там и спасение».
Алексий Мечев
Старец в миру Алексей Мечев (1859-1923): «Знаешь свой долг, и нужно его спокойно и твердо исполнять. Иисусову молитву читать нужно. Как о любимом предмете человек всегда думает, так и о Господе должен думать и носить Его в своем сердце».

—     Батюшка, — говорят, — Иисусову молитву нужно читать не только с любовью, но и со страхом, а я страха никакого не чувствую.

—  Со страхом… А ты подумай, что тебе Господь дал и дает, а ты Его чем благодаришь?

Из письма старца к духовной дочери: «Сердечно благодарю Вас за Ваши молитвы, очень трогает меня, что Ваша молитва неразрывно связывается со мной, на молитве чувствуете легко себя, и Вам хочется всех любить, всем помочь, всем сделать хочется приятное. Радуюсь за Вас – радуйтесь и Вы, это, несомненно, действие Святого Духа на Вас и Вашего Ангела хранителя, и Вы, чтобы поддержать такое настроение в себе, чаще произносите молитву Иисусову: Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешную и недостойную такой Твоей милости. И на каждое Ваше прошение, помилуй мя грешную – по словам святого Иоанна Карпафийского – отвечает тайный голос Божий: чадо, отпускаются тебе грехи твои, — и он продолжает, что в тот час, когда мы творим молитву, то ничем не различествуем от святых, преподобных и мучеников, ибо, как говорит святитель Иоанн Златоуст, молитва, хотя бы произносилась от нас, преисполненных грехами, тотчас очищает».

15Преподобный Гавриил Седмиезерский (1844-1915): «Любовь к Богу и умная молитва объединяют нас с Господом. Любовь и молитва. Как огонь раскаляет железо и оно бывает равно огню, так и нас разогревает умная молитва Иисусова, раскаляет до высшей любви Божией… Величие молитвы есть тайна святости. Средство для молитвы – младенчествующая простота, смиренное незлобие преданного сердца, непрестанно обращенного к молитве, к Богу: Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешную! Этой молитвой достигают люди до силы святости. В этом и весь секрет святых – непрерывная молитва, (непрестанное) повторение одной великой мысли о Божестве (взамен многих молитв). (Подобно тому) как, по представлению святой Церкви, Ангелы непрестанно повторяют у престола Божия: Свят, Свят, Свят!!! – и уже не могут отпасть от Бога, так и мы (повторяем) Иисусову молитву. …Чтобы уподобиться Ангелам, надо все внимание наше посвятить Божеству, быть земными ангелами и небесными человеками. Этому служит молитва Иисусова. Нужно произносить ее подряд сотни раз, потом тысячи раз и так далее без конца, пока наконец эта молитва не начнет звучать в нашем сердце и не сольется с каждым его биением. После долгих и трудных упражнений в этом деле человек начинает чувствовать, как молитва переходит из ума в сердце и, как хлеб небесный, насыщает и наполняет его неизреченной радостью. Здесь совершается полное перерождение ветхой природы (человека) в новую тварь, полное преображение, возвращение в красоту первозданной невинности и чистоты. …Величие и сила Божия в немощи нашей совершается, (см.: 2 Кор.12, 9); вы входите в общение с Божеством, и Ваша природа перерождается.

Тайна святости есть художество из художеств. И смиренномудрие, и незлобие сердца, и смирение, и послушная кротость исполнены всякого величия. Но выше всего святое дело молитвенного духа в Божестве – молитва к Богу. Введите в себя великую мысль о Боге и повторяйте ее бесконечное число раз. Дело не в слове, не в словах, а в той непреодолимой энергии, с которой они произносятся бесконечное число раз. Кончится тем, что вы сделаете эту молитву-мысль полным хозяином (в вашей душе), ум – царем, душу – полной царицей, и силою Божества молитва постепенно вытеснит все непотребные другие мысли, расширится за их счет, углубится в корне и приобретет необычайную силу, станет превыше всего и покорит и истребит всякое зло, всех мысленных и чувственных врагов».

Силуан АфонскийПреподобный Силуан Афонский (1866-1938): «Молитва дается молящемуся, как сказано в Писании; но молитва только по привычке, без сокрушения сердца о грехах, — не угодна Господу.

Любящая Господа душа не может не молиться, ибо она влечется к Нему благодатью, которую познала в молитве.

Многие молятся устно, и любят молиться по книгам; и это хорошо, и Господь принимает молитву и милует их. Но если кто молится Господу, а думает о другом, то такой молитвы не послушает Господь.

Кто молится по привычке, у того нет перемены в молитве, а кто усердно молится, у того много перемен в молитве: бывает борьба с врагом, борьба с самим собою, со страстями, борьба с людьми, и во всем надо быть мужественным.

Если молитва наша угодна Господу, то Дух Божий свидетельствует в душе; Он приятный и тихий; а раньше я не знал, принял ли Господь молитву или нет, и почему можно узнать об этом.

Если ум твой хочет молиться в сердце и не может, то читай молитву устами и держи ум в словах молитвы, как говорит «Лествица». Со временем Господь даст тебе сердечную молитву без помыслов, и будешь легко молиться. …Знай порядок духовной жизни: дары даются простой, смиренной, послушливой душе. Кто послушлив и во всем воздержан: в пище, в слове, в движениях, тому Сам Господь дает молитву, и она легко совершается в сердце.

Непрестанная молитва приходит от любви, а теряется за осуждение, за празднословие и невоздержание. 

Некоторые говорят, что от молитвы приходит прелесть. Это ошибка. Прелесть приходит от самочиния, а не от молитвы. Все святые много молились и других призывают к молитве. Молитва есть лучшее дело для души. Молитвою приходят к Богу; молитвою испрашивается смирение, терпение и всякое благо. Кто говорит против молитвы, тот, очевидно, никогда не вкушал, как благ Господь и как много Он нас любит. От Бога зла не бывает. Все святые непрестанно молились; они и одной секунды не оставались без молитвы.

Душа, теряя смирение, теряет вместе с ним благодать и любовь к Богу, и тогда угасает пламенная молитва; но когда душа успокоится от страстей и стяжет смирение, тогда Господь дает ей Свою благодать…».

Герман Гомзин 2Схиигумен Герман (Гомзин) (1844-1923) учил Иисусовой молитве: «Читайте непременно молитву Иисусову: имя Иисусово должно быть постоянно у нас в сердце, уме и на языке, стоите ли, лежите ли, сидите ли, идете ли, за едой – и всегда — всегда повторяйте молитву Иисусову. Это очень утешительно! Без нее нельзя. Ведь можно молитву Иисусову и короче говорить: это отцы святые советуют для новоначальных. Это полезнее и крепче будет. Помните шесть слов: «Господи Иисусе Христе, помилуй мя, грешного». Повторите медленнее: «Господи Иисусе Христе, помилуй мя, грешную» — и еще медленнее: «Господи — Иисусе — Христе, — помилуй мя, — грешную». Так хорошо! Учитесь самоукорению: без него нельзя. Вот я пятьдесят лет в монастыре живу, мне семьдесят шесть лет, слепой, еле ноги передвигаю; и только потому меня Господь милует, что я вижу свои грехи: свою лень, свое нерадение, гордость свою; и постоянно себя в них укоряю – вот Господь и помогает моей немощи.

Молитва – это главное в жизни. Если чувствуете лень, нерадение, как вы говорите, что же делать? Таков уж есть человек! А вы молитесь Богу в полном внимании, просто, как дети, говорите слова молитвы Самому Господу: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешную». Господь Сам знает, что вы – грешная. Так и молитесь: «Господи Иисусе Христе, помилуй мя». Так легче, короче и лучше будет внимание удерживать на словах. Вот так и молитесь. Да укрепит вас Господь Бог.

Любить надо Господа. Ведь Господь добрый! Господь Кровь Свою за нас пролил. За это надо Господа благодарить; и, как дети Отца, молить простить нам наши грехи. Молитесь стоя или даже сидя: ведь Господь видит, что вы дети маленькие, сил у вас мало. Он не взыщет. Просто говорите с Господом. Ведь Он так близок к нам… Вникайте в каждое слово молитвы умом; если ум отбежит, опять его возвращайте, принуждайте его тут быть, а сами языком слова молитвы повторяйте. Так будет хорошо! А сердце пока оставьте и не думайте о нем, довольно вам такой молитвы. Главное, чтобы чувство самоукорения неотступно было бы, чувство своей греховности и безответственности перед Богом. Разве это трудно? Говорите: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешную» — и чувствуйте, что говорите. Вы говорите: «Страшно». Но разве Сладчайшее имя Господа может быть страшно? Оно благодатно, но надо произносить Его с благоговением. Епископ Феофан говорит: «Надо стоять перед Богом, как солдат на смотру». А укорять себя надо не только в делах плохих. Дел-то греховных у вас, может быть, и немного, а за мысли греховные тоже отвечать будем.

Если себя не укорять и своей греховности не чувствовать, можно в прелесть попасть. Вот один монах – я его сам знал, он до сих пор в одном монастыре просфоры продает. Вот этот монах, кажется, послушником еще тогда был, захотел молитвой Иисусовой заниматься, не узнав, как следует, о ней; и начал заниматься. Появились у него чувства отрадные; и он думает, что это уже плод молитвы. И все больше и больше надмевается. Видения у него начались; а он все утешается. И казалось ему, что будто он порой ходит в чудном саду; и так всякий раз ему отрадно было молитву начинать. Только один раз поговорил он с кем-то из знающих, и его спросили: вникает ли он в слова молитвенные? А он даже и не знал, что это нужно. А как начал он вникать в слова да укорять себя, так и пропали чувства утешительные да видения всякие; потому что все это неправильно. Смирения, самоукорения да простоты держитесь!»

Иоан АлесеевСтарец Иоанн (Алексеев) (1873-1958) пишет в одном из писем: «Добре, что ты упражняешься в Иисусовой молитве. Святые отцы молитву назвали царицей добродетелей, ибо она привлечет и прочия добродетели. Но, насколько она высока, настолько и труда большого требует. Преподобный Агафон говорит: «Молитва до последнего издыхания сопряжена с трудом тяжкой борьбы».

Ты исполняешь по 100 и утром и вечером, довольно с тебя такого количества, только старайся исполнять со вниманием; но не смущайся, что у тебя при этом на сердце сухость, однако, понуждай себя; только внимание держи, как я тебе говорил, в верхней части груди. На работе и при людях старайся умно предстоять перед Богом, т.е. иметь память Божию, что Он тут. Если больше тебя умиляют псалмы и акафисты – их читай, если время есть.

О непрестанной и умносердечной молитве, к которой ты стремишься, не дерзаем просить у Господа – такое состояние у очень немногих, едва ли обретешь из тысячи одного человека, сказал св. Исаак Сирский, и в такую духовную меру приходят по благодати Божией за глубокое смирение. К теплоте сердечной не стремись – она приходит без нашего искания и ожидания; в молитве должен быть наш труд, а успех уже зависит от благодати, большего не ищи и не горячись. В духовной жизни скачки неуместны, а требуется терпеливая постепенность. Ты еще юная телесно и духовно. Св. Лествичник пишет: «Раскрой у новоначального душу – и увидишь неправильность, желание у него непрестанной молитвы, всегдашней памяти смертной и совершенного безгневия, — такое состояние только совершенных». Признак молитвы в теплоте сердечной и в сокрушении сердца, и чтобы сознавать себя ничтожной и взывать к Господу: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй меня грешную», или другими словами можно молиться, как для тебя будет удобнее».

Феодосий КавказскийПреподобный старец Феодосий Кавказский (1841-1948) наставлял, чтобы творили Иисусову молитву, и говорил, что если бы люди знали, что ожидает их после смерти, то день и ночь молились бы Богу.

Святой схиархимандрит Лаврентий Черниговский (1868-1950) сам  непрестанно занимался молитвой Иисусовой и обучал сестер. Указывал, как кому молиться по вдоху и выдоху. 3«Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий,» — вдох, а «помилуй мя, грешную» — выдох.

А одной девушке (на ее просьбу, чтобы благословил четки) сказал: «Молитва – это хорошее дело, ангельское, а ты по пальцам левой руки держи большим пальцем мизинец и читай десять молитв «Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешную», а потом переходи на безымянный и так по порядку. И вот будет у тебя навык к молитве. Ум нужно непрестанно вправлять в молитву, а то он ходит, где попало».
4Старец Савва (1898-1980): «Не думайте, что Господь не слышит молитвы. Он первый заботится об исправлении грешников. Только люди сами не хотят немножко побороться с собой, подтянуть себя, малодушествуют, сами не дают Господу спасти их и помочь им. Очень хорошо делают те, кто совмещают Иисусову молитву с дыханием. Это значит дышать именем Иисусовым! Такая молитва сроднит сердце с Богом, освятит его, Господь как бы положит печать на нем, куда уже не могут попасть злые духи. И когда молитва сделается дыханием, ему уже не страшен сатана, ибо его охраняет Божественная благодать, такие люди чувствуют, что Господь с ними всегда: спасает, покрывает и избавляет от врага. Благодать так преображает сердце, что человек становится выше земли и страстей. Такая душа не смотрит на земле ни на что, но всецело предана Богу, потому что благодать приносит такую сладость, такую радость, что душа забывает все земное. И мы будем нудить себя к приобретению постоянной молитвы.

Сочетать молитву с дыханием надо так.

До обеда: вдох – Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, выдох – помилуй мя, грешного.  После обеда: вдох – Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, выдох – молитвами Богородицы помилуй мя, грешного.

В любое время, в любом месте, при любых занятиях в сердце своем всегда надо взывать к Нему, хотя бы кратко: «Господи, помилуй!», «Господи, помоги!» Если мы уясним себе, что значит непрестанная молитва, то нам легко понять, что она нужна для внимания к самому себе, чтобы прийти нам в себя, потому что мы часто бываем вне себя. Мы бываем везде, но только не в себе. Не в своем сердце, не в своем внутреннем человеке. Будем же постоянно нудить себя к приобретению постоянной молитвы, а через нее и всех добродетелей.

После причащения Христовых Тайн непременно надо читать Иисусову молитву, чтобы сохранить благодать, предпочитая эту сердечную молитву чтению книг и тем более беседам с людьми, которые приводят лишь к осуждению».

Из воспоминаний духовных чад старца:

Отец считал, что о мирских делах, исключая необходимое, хорошо бы не говорить и просил всех постоянно пребывать в молитве: «Ведь нам все равно надо дышать, так вот, хорошо бы на вдох говорить: «Господи», а на выдох: «помилуй». Вдыхать Господа и выдыхать из себя все нечистое, греховное».

— Учиться трудно, молиться еще труднее, а что делать? Нужно работать, нудить себя на молитву. Молиться можно стоя, сидя, идя по дороге, лежа…

— Вначале молитва чувствуется в устах, потом в гортани, а потом все больше приближается к сердцу. И когда утвердится сердечная молитва, тогда человеку никто и ничто не помешает. Молитва как бы сама творится в его сердце. При этом испытываешь неизреченную сладость!

4Игумен Никон Воробьев (1894-1963) в письмах к своим духовным детям пишет о молитве Иисусовой: «При возникновении их (мыслей, навеянных от врага) непрестанно говорить: «Господи помилуй» или молитву Иисусову. Чаще всего первую молитву до тех пор, пока не исчезнут эти бесовские внушения. Вспомните слова: Обышедше, обыдоша мя (бесы), и именем Господним противляхся им. Обыдоша мя яко пчелы сот, и именем Господним противляхся им. Так должен делать каждый. Своей силой мы ничего не сможем сделать. Надо во всем смиряться.

В состоянии полного охлаждения и омрачения души надо обязательно выполнять правило, несмотря на холодность, рассеяние и прочее. «Дай кровь и приими дух»…

Господь говорил: Царство Божие внутрь вас есть. Вот почему Св. Отцы так настойчиво предписывают всем, по возможности, всегда творить молитву Иисусову. Через нее человек входит внутрь себя. Пишу об этом теперь потому, что во время длинных церковных служб, особенно великопостных, очень удобно и легко творить молитву Иисусову и творить длительное время. Дьявол всячески отводит человека от этого делания. Надо это знать и противиться ему, и понуждать себя к этой дивной молитве».

Схимонахиня Антония (Кавешникова) (1904-1998): «Закрой свой рот получше, на семь замков, как говорят святые отцы, знай свое дело: твори Иисусову молитву, сколько она добра приносит в жизни. Молчание – это Ангельская молитва. Она не сравнится с нашей человеческой молитвой. Помалкивай побольше и прислушивайся побольше, потому что от нее (Ангельской молитвы) помощь во всем! «Язык мой – враг мой», оно так и есть. Столько зла и расстройства приносит он в жизни».

20