Метки

, , , , , , ,

загруженное (6)Преподобный Иларион Оптинский — святой праведный Иоанн Кронштадтский — блаженная старица Матрона Московская — преподобный Иосиф Почаевский (в схиме – Амфилохий)

«Очень часто старцу приходилось терпеть неприятности от своих неугомонных посетителей, одержимых бесами. Домашние даже уговаривали его не принимать бесноватых, ибо бесы мстили всем, кто жил во дворе, и ему самому, на что отец Иосиф отвечал: «Трудно терпіти, але і боятися демонів не треба!».

Говоря словами подвижника, земля в его дворе была пропитана слезами молящихся людей, тяжело больных, жаждущих всей душой исцеления. Он часто повторял, что дети в наши времена рождаются непокорными, гордыми и дерзкими, а потом становятся бесноватыми…» (Из жития прп. Амфилохия Почаевского)

Преподобный Иларион Оптинский (1805-1873).

1Много приводили к старцу страдающих нервными и душевными болезнями, которых обычно называют «порченными». Отец Иларион был твердо убежден, что полное искреннее покаяние, всепрощение обидевших и примирение со враждующими есть лучшее лекарство от недугов душевных, ибо причиной подобных болезней бывает часто непримиримая вражда, раздоры семейные и тяжкие нераскаянные грехи. Эти различные причины болезней старец без затруднения распознавал через искусные расспросы болящего, и иными ему ведомыми путями иногда и по самому крику «порченных» и его свойствам и при помощи Божией врачевал их благодатью Таинства Покаяния. Старец указывал больным не мнимую, а действительно найденную им причину их болезни и приводил к сознанию, раскаянию и сокрушению о своих грехах. Если больные указывали на кого-либо, как на причину своей болезни, что часто бывало с нервными больными, то отец Иларион советовал тогда испросить у того лица прощения, если оно живо, а если скончалось, то примириться с ним, отслужить на его могиле панихиду о его упокоении, подавать о поминовении на проскомидиях и дома за него молиться, принести покаяние и принять епитимью и положить начало добродетельной жизни. Кроме таких советов давал им на дом богоявленскую воду, святой артос и масло из лампадок, горевших на могилках почивших старцев отцов Льва и Макария.

Однажды старец что-то сверх обыкновения замедлил и долго не выходил из хибарки, в которой исповедовал женщин. Пошли узнать, с кем он там был занят, и узнали, что у него в это время была на исповеди упорнейшая душевнобольная. Старец заставлял ее налагать на себя крестное знамение и говорить свои грехи, но она крепко противилась и не хотела произносить их, кричала и ругала старца грубыми, непристойными словами. Отец Иларион, не обращая внимания на ее брань, добивался только того, чтобы она пришла в полное сознание и покаялась в том грехе, за который так сильно страждет. Наконец, после многих усилий больная созналась, покаялась и обещала выполнить все то, что ей посоветовал старец. Отпуская, старец снабдил ее святым артосом и святой водой. Вышел старец из хибарки весьма усталый, но довольный. На вопрос, почему он так долго с ней занимался, старец сказал: «Поди ты, какая попалась злющая и сопротивная! Таких, кажется, у меня еще и не бывало. Однако Бог помог узнать и добиться толку, за что ей было попущено: хоть не напрасно трудился столько времени.

—           Ну уж и досталось же мне от нее, — продолжал старец, — таких срамных слов от роду не приходилось мне слышать.

—           Вы бы ее, батюшка, оставили, когда она такая, — сказали ему. «Вот ты так говоришь; по-твоему бы и так, — а по-моему не так, — отвечал старец. – У нее ведь душа-то такая же, какая и у нас с тобой. Весь мир – не стоит одной души!» — После того старец послал келейника: «Поди, скажи ей, чтобы она теперь шла домой». Келейник, возвратясь, отвечает: «Она нейдет, говорит: «Пуская батюшка сам выйдет и благословит меня на дорогу; он мой благожитель; должна я за него вечно Бога молить»». – «Ну ладно, слава Богу; видно, в чувство пришла; надо к ней опять выйти». – И старец пошел в хибарку.

Одна сорокалетняя крестьянка, часто посещавшая обитель, сама рассказывала, что в продолжение многих лет сильно страдала припадками, сопровождавшимися корчами, судорогами, криком на разные голоса. В состоянии припадка она неистово кричала, бранилась и обнаруживала такую неестественную силу, что несколько мужчин не могли удержать ее. Много наслышавшись о старце отце Иларионе, она обратилась к нему за помощью. Как всегда, так и в этом случае, старец исповедал ее во всех грехах, особенно нераскаянных, и вот благодатной силой Таинства Покаяния она получила через старца совершенное исцеление. Припадки не возвращались, и она стала здорова и покойна, глубоко признательна за полученную помощь.

Приведем еще несколько случаев благотворного влияния духовнической и старческой деятельности отца Илариона при помощи Божией на различные тяжелые душевные недуги.

Один купеческий приказчик из Нижнего, средних лет, холостой, страдал несколько лет болезнью, не дававшей ему покоя. Он, по словам его, ощущал, что кто-то нашептывает ему мысли о самоубийстве. Подойдет он к воде – голос шепчет ему: «Зачем тебе больше жить на свете? Утопись!» Увидит он огонь, — голос внушает ему кинуться в огонь. Увидит он нож или какое острое орудие, — голос внушает ему зарезаться, так как незачем ему оставаться на свете. Исхудалый, изнуренный, со впалыми от душевного недуга глазами, он приехал с матерью своей в обитель, был у старца и на вопрос, от чего он страждет, объяснил, что, по его убеждению, он болен от того, что, когда ему было два года, мать прокляла его. Старец долго занимался с ним, подробно расспросил его, о чем находил нужным, и заключил, что причина болезни не та, которую он приводит, а другая, и болезнь послана ему в наказание за ложные взгляды относительно своей матери. Мать была добрая старушка и очень его любила и желала ему всякого блага, а он думал, что она сделала его несчастным на всю жизнь. Долго он не соглашался с мнением старца. Наконец, на исповеди старец, с помощью Божьей, убедил его оставить ложное мнение, что его прокляла мать, и вместо того, смириться перед ней, и с чувством раскаяния испросить у нее прощения в оскорбительном мнении о ней. Исполнив наставление старца, он удостоился принятия Святых Таин, и явился к старцу уже в обновленном виде – покойный и счастливый; погибельных внушений он уже не слыхал; совесть его умиротворилась, и душа его, освященная Таинствами Покаяния и Причащения, возвратилась к светлой жизни. Возвратясь в Нижний, о уже вел жизнь свою по наставлениям старца.

Тульской губернии Богородицкого уезда купец тридцати пяти лет, трезвый, более года страдал душевной болезнью: ему представлялось, что все насмехаются над ним и над его действиями и что какие-то незнакомые ему люди, куда бы он ни пошел, преследуют его и намереваются лишить его жизни. Эти мысли, ни днем, ни ночью не давали ему покоя, и он несколько уже раз приходил к мысли о самоубийстве и тем самым наводил страх на все свое семейство. По убеждению матери И. В. приехал в обитель и объяснил свое положение старцу отцу Илариону. Старец несколько раз подолгу с ним занимался и нашел у него затаенный грех, который он не объяснил священнику, сомневаясь в прощении его. Старец убедил его, что нет греха, который бы не прощало человеколюбие Божие, если в нем каются, — и он на исповеди принес в нем покаяние, и, получив разрешение, удостоен был причащения Святых Таин; при прощании старец сказал ему: «Ну, поезжай с Богом, теперь тебя преследовать и вязать не будут». Так действительно и было: И. В. совершенно выздоровел от своего мучительного недуга.

Исцеление бесноватых святым праведным Иоанном Кронштадтским (1829-1908) (из рассказа духовной дочери батюшки):

4 (1)«Благословение от отца Иоанна я получила в квартире моей приятельницы, где и была свидетельницей того, как батюшка исцелил двоих, старушку и девушку, одержимых, как говорили, бесом. Когда их подводили к отцу Иоанну, у них лица были страшные, зверские какие-то, исступленные, казалось, вот сейчас бросятся на него и задушат; но батюшка был спокоен и только повторял: «Именем Господа Иисуса Христа выйди из нее» (сначала он обращался к старушке), та упорствовала вначале и молчала; наконец, после третьего повеления она стала как-то странно корчиться и дико закричала что-то безсмысленное: «Меня зовут рыбак». Отец Иоанн стал требовать, чтобы она назвала настоящее свое имя; наконец она проговорила: «Екатерина»; тогда, помолившись, батюшка сказал: «Именем Господа Иисуса Христа приказываю тебе, выйди из нее», — она стала еще усиленнее биться и в исступлении кричать: «Не выйду, не выйду!» Батюшка еще повелительнее повторил свое приказание: она постепенно опустилась на колени, стала обнимать батюшкины ноги, говоря: «Слава Богу, он вышел», и успокоилась. Точно так же отец Иоанн поступил с девушкой – та оказалась более послушной и успокоилась, он дал им приложиться ко кресту, причастив их запасными дарами.

…Провожая после службы в Лицейской церкви батюшку на станцию, я была свидетельницей того, как отец Иоанн изгнал беса из одной женщины, это произвело на меня такое сильное впечатление, что я и теперь не могу забыть его.

Эта бесноватая имела ужасный вид; она неистово кричала, бросалась на батюшку с кулаками, хватала его за горло (я тряслась как в лихорадке, боясь, как бы она не задушила его). Он же стоял как вкопанный, ни одна жилка не дрогнула на его лице. Я удивлялась этому спокойствию и тому, как он глубоко верил, что бес должен его послушаться. Она лезет с кулаками, а он гладит ее по голове, целует в голову и только твердит: «Именем Господа нашего Иисуса Христа повелеваю тебе – выйди из Елизаветы и не смей ее тревожить». Глаза у нее выкатались, налились кровью, руки скрючились, стали похожими на когти у хищной птицы, на нее страшно было смотреть, а он все с тем же спокойствием повторяет все те же слова: «Выходи из нее».

Наконец она закричала еще ужаснее: «Ишь, пучеглазый, чего захотел, я уже семь лет живу в ней, не выйду! Вот ни за что не выйду!» Отец Иоанн велел ей перекреститься, а она кричит во все горло, что ее зовут «молодчиком Иваном». Батюшка на это сказал: «Иван – христианское имя, а ты скажи, как твоего беса зовут?» Она еще хуже стала бесноваться и лезть с кулаками на него. Батюшка строго произнес опять:  «Именем Господа нашего Иисуса Христа повелеваю тебе – выйди из нее». Мало-помалу она стала утихать и, наконец, по приказанию отца Иоанна она перекрестилась. «Как тебе имя?» — спросил он. Она ответила: «Вельзевул, — и стала падать, говоря: — Умираю». Тут батюшка уверенно произнес: «Не умрешь, Елизавета, а будешь свободна от него, — и строго прибавил: — Выходи из нее и не смей более касаться ее». Вторично велел перекреститься ей, что она уже охотно исполнила. Затем благословил ее и поцеловал в голову; она совсем преобразилась, лицо сделалось спокойное, хорошее, глаза стали совершенно нормальные, здоровые и добрые; она бросилась к ногам батюшки, начала обнимать и целовать их и всячески выражать свою глубокую благодарность отцу Иоанну за исцеление. Он же благословил и всех тут бывших и вошел в вагон…»

А вот случай исцеления бесноватого блаженной старицей Матроной Московской (1881-1952), описанный Зинаидой Владимировной Ждановой:

Матрона М«В 1946 году в их квартиру, где жила тогда Матрона, привели женщину, которая занимала высокое положение. У нее сошел с ума единственный сын, муж погиб на фронте, сама она, конечно, была безбожницей. Она ездила с больным сыном в Европу, но известные врачи помочь ему не смогли. «Я пришла к вам от отчаяния, — сказала она, — мне идти некуда». Матрона спросила: «Если Господь вылечит твоего сына, поверишь ли ты в Бога?» Женщина сказала: «Я не знаю, как это – верить». Тогда Матрона попросила воды и в присутствии несчастной матери стала громко читать над водой молитву. Подавая ей затем эту воду, блаженная сказала: «Поезжай сейчас в Кащенко (психиатрическая больница в Москве), договорись с санитарами, чтобы они его крепко держали, когда будут выводить. Он будет биться, а ты постарайся плеснуть этой водой ему в глаза и обязательно попади в рот».

Зинаида Владимировна вспоминает: «Через некоторое время мы с братом стали свидетелями, как эта женщина вновь приехала к Матроне. Она на коленях благодарила матушку, говоря, что теперь сын здоров. А дело было так. Она приехала в больницу и все сделала, как матушка велела. Там был зал, куда с одной стороны барьера вывели ее сына, а она подошла с другой стороны. Пузырек с водой был у нее в кармане. Сын бился и кричал: «Мама, выброси то, что у тебя лежит в кармане, не мучай меня!» Ее поразило: откуда он узнал? Она быстро плеснула водой ему в глаза, попала в рот, вдруг он успокоился, глаза стали ясными, и он сказал: «Как хорошо!» Вскоре его выписали…»

1Особый дар – изгонять бесов имел преподобный Иосиф Почаевский (в схиме – Амфилохий) (1894-1971).

«К нему везли одержимых из самых дальних республик Советского Союза. Демонов старец видел наяву, и часто, проходя по храму, строго повелевал им выйти из церкви и из людей…

К батюшке привезли одержимую, привязанную к лестнице. Развязывая, опасались – буйная. Получив свободу, женщина с кулаками обрушилась на отца Иосифа, покрывая его сильными ударами, пока обессиленная не повалилась на землю. Преподобный не защищался, и даже не пытался уклониться от ударов – молча стоял и молился. Сердце его, чуждое гнева и злобы, исполнялось жалости и сострадания при виде создания Божия, мучимого от диавола. Женщина вскочила и с новой нечеловеческой силой набросилась на старца. Падала, снова вскакивала, нанося удары, но так и не смогши поколебать долготерпение подвижника, обессилила и совершенно изнемогла.

Так бесы ненавидели отца Иосифа, нередко через бесноватых выказывая ему свою злобу. Лукавому противна добродетель. Бес, побежденный смиренномудрием старца, оставил одержимую. Восстав, словно от сна, она стала спрашивать, где находится и как сюда попала…

Из воспоминаний прихожанки Лавры: осенью 1956 года, когда на ранней литургии в Пещерном храме запели «Отче наш», со стороны коридора раздался страшный пронзительный звук. Неистовый крик многих голосов, зловеще нарастал, вливался в Церковь. Все невольно оглянулись. Казалось, целая ватага лишенных разума приблизилась к дверям. Каково же было удивление, когда в дверях показалась щуплая молодая женщина, едва ведомая четырьмя. С неимоверными усилиями, введенная в пещеру, остановилась. Вид раки с мощами Преподобного Иова и пещерки, где он подвизался, привели ее в неописуемый ужас. Закричав еще сильней, она вдруг высвободила руки, и со страхом шарахнувшись от святынь, подогнув ноги, отпрыгнула ко входу метров на пять. Сторожа, с усилием овладев хрупким созданием, одержимым нечеловеческою силой, повели ее в Успенский храм, где перед Распятием отец Иосиф служил акафист. Бесноватые, расположившись позади него, извивались по полу в различных положениях, оглашая воздух неистовым криком. Приведенная женщина, ощутив волю, набросилась на одну из подобных себе бесноватых, и, усевшись верхом, ударяя ногами по бокам, кричала: «Но-о-о! Поехали!». В стороне, роняя горькие слезы, стоял муж, высокий молодой мужчина, интеллигентного вида, и, жалобно озираясь по сторонам, просил людей: «Молитесь за нее, ее Зоей зовут». Женщины учили его складывать пальцы для крестного знамения, а Зоя, время от времени, приходя в себя, с воплем кидалась к Распятию: «Господи, прости меня!», «Мати Божия, прости меня!!!». Потом то падала без чувств на каменные плиты, то снова начинала бесноваться, хватая за ризы отца Иосифа. Едва удерживаясь на ногах, он продолжал читать акафист, лишь изредка смахивая капли холодного пота с бледного лица. Акафист закончился, батюшка повернулся к Зое и спросил: «Ти християнка?». Возмущенно встряхнувшись, с отчужденной пустотою в глазах, Зоя заговорила не своим голосом:

— Зойка христианка, а я баптистка!

— Вийди, — сказал старец демону.

— А куда я пойду? – спросил бес устами Зои.

— В бездну!

— Не хочу в бездну! – завопил бес.

— Бачите, християни, як бездна навіть демону страшна! – сказал батюшка собравшимся людям. Между тем, Зоя, в изнеможении сидевшая на полу, попросила мужа дать денег отцу Иосифу. От денег он отказался, пообещав молиться.

Вечером, вместе с мужем, Зоя кротко стояла на службе, с горечью вспоминая тяжкие годы своей душевной болезни. Теперь, наученная горьким опытом, Зоя уже не сомневалась в выборе веры. А начиналось все забавно — романтически.

Одиннадцать лет перед этим, совсем юная и жизнерадостная, Зоя повстречала молодого человека, только что окончившего институт и направленного на Донбасс начальником шахты. Мать Александра, так звали молодого человека, была баптисткой. Туда же увлекла и Зою, так что последняя даже пела в собраниях секты. Зоя и Александр решили пожениться.

Чтобы не опечалить родителей невесты, а мать Зои была православной, решили венчаться. Но Бог поругаем не бывает. К ужасу матери, супруга и гостей лицемерие открылось: Зоя забесновалась под венцом. Тем не менее, брак состоялся. Родились двое дочерей. Тихую домашнюю атмосферу по временам огорчали припадки безумия Зои, и молодой супруг не жалел средств для исцеления жены. Все было тщетно, пока, наконец, добрые люди не подсказали поехать в Почаев, где отец Иосиф исцелил болящую, в первую же ночь перебившую стекла в гостинице. Исцеление Зои, столь явное и чудесное, привело супругов в чувство глубокого раскаяния и познания истинной веры.

Вернувшись домой, муж Зои написал заявление в партком шахты с просьбой исключить его из рядов компартии в виду того, что он стал верующим и православным. Прошение удовлетворили, с работы не сняли и Александр до пенсии руководил шахтой, после чего принял священство и даже приезжал с Зоей и дочерьми в Почаев, где служил панихиду на могиле дорогого батюшки.

…Осень 1962 года… Бывший (ныне уже покойный) привратник у ворот экономии, игумен Серафим рассказывал: «В конце сентября, когда дежурил у ворот экономии, ко мне подошел отец Иосиф и сказал: «Відкривай браму. Зараз «чорний ворон» приїде за Йосипом!», — и ушел в корпус через экономию. Я открыл в корпус врата и стал ждать «черного ворона», но никто не приезжал, и закрыл браму, подумав, что старец пошутил. Прошло два часа. Вдруг подъехала милицейская машина – «черный ворон». Милиционеры потребовали пропустить машину во двор».

Шесть человек накинулись на старца в его кельи, повалили на пол, связали руки и ноги, рот заткнули полотенцем и потащили с третьего этажа во двор к машине. В машине полотенце изо рта вынули и повезли связанного за Тернополь в город Буданов (более чем сто километров от Почаева) в областную психиатрическую больницу. Тут отца Иосифа постригли и побрили, а потом велели снять крест, но он отказался. Тогда санитары сами сорвали его и ночью раздетого повели в палату буйных душевнобольных. Палата освещалась слабой электролампочкой. Сорок человек (все нагие) спали, когда старец вошел. Бесы говорили из сонных: «Зачем ты сюда пришел? Здесь не монастырь!» Он им ответил: «Ви самі мене сюди привели». А еще вводили отцу Иосифу лекарство, от которого распухало все тело, и трескалась кожа на теле. Вспоминая все это, закрывал старец руками лицо.

Люди, узнав, где находится отец Иосиф, начали писать главному врачу Будановской больницы письма с просьбой выпустить старца, который незаконно содержится с душевнобольными, тогда как сам может лечить таковых.

Прошло три месяца его пребывания в больнице. Как-то в палату вошел санитар, принес халат и тапочки, велел старцу одеться и следовать за ним в кабинет главного врача. В кабинете были и другие врачи. Ему предложили сесть.

— Можете ли вы лечить тех больных, которые находятся в нашей больнице?

Можу.

— Тогда вылечите их!

Добре.

Отец Иосиф предложил им отпустить его в монастырь или послать кого-нибудь, чтобы привезти святое Евангелие, крест и облачение (ризу, епитрахиль, поручи), чтобы он смог служить водосвятные молебны, и бесы сами уйдут. И еще добавил, что через две недели ни одного больного здесь не останется (их было более 500 человек).

— Нет! Вы нам без молебнов лечите.

— Так неможливо вилікувати.

— А почему?

Старец ответил, что, когда солдат идет в бой, ему дают оружие: винтовку, патроны, гранаты. Наше же оружие на невидимого врага – святой крест, святое Евангелие и святая вода!

Отца Иосифа увели снова в палату, где он продолжал нести свой мученический крест, «чаях Бога, спасающего мя от малодушия и от бури» (Пс.54, 9).

Всемилостивый Господь не дает человеку понести крест выше сил его, но многими скорбями испытывает веру, терпение и упование его на Бога. Все, кто 1 (1)знал отца Иосифа, не переставали хлопотать об его освобождении. Писали везде, даже в Москву, и… надеялись.

…О заключении отца Иосифа узнала дочь Сталина Светлана Алилуева. Ей удалось освободить старца в благодарность за то, что он ранее исцелил ее от душевной болезни. После этого поселился отец Иосиф у своего племянника в родной Иловице…

Отцу Иосифу открыты были души всех людей, их сердца и намерения, но ради любви он терпел у себя в доме и коварных, и лукавых, и одержимых.

Как известно, «сей род» (демоны) изгоняются только молитвой и постом, поэтому отец Иосиф многим не благословлял вкушать пищу в среду и пятницу. «Якби ви знали, який піст солодкий», — говорил старец, имея ввиду сладость духовную, которой услаждается душа постящегося. В дни строгого поста он велел рано утром, встав с постели до начала утренних молитв, сразу класть три земных поклона с молитвой «Богородице Дево, радуйся», чтобы легко выдержать пост в этот день.

Очень часто старцу приходилось терпеть неприятности от своих неугомонных посетителей, одержимых бесами. Домашние даже уговаривали его не принимать бесноватых, ибо бесы мстили всем, кто жил во дворе, и ему самому, на что отец Иосиф отвечал: «Трудно терпіти, але і боятися демонів не треба!».

Говоря словами подвижника, земля в его дворе была пропитана слезами images (43)молящихся людей, тяжело больных, жаждущих всей душой исцеления. Он часто повторял, что дети в наши времена рождаются непокорными, гордыми и дерзкими, а потом становятся бесноватыми. Смиряя таких детей, старец заставлял их просить прощения у родителей.

Нужно было иметь великую любовь в сердце, чтобы никогда и никому, и ни в чем не отказывать. Лекарь Божий имел таковую. Он находил время для каждого…

Старец советовал молитвой лечить недуг нынешнего века. В его доме она совершалась круглосуточно. В молельне на полу, застланном соломой и ряднами (покрывалами), спали немощные больные, одержимые злыми духами. Сонные, они среди ночи бормотали: «проснулся апостол лохматый (это они об отце Иосифе, у него были пышные волнистые волосы), опять нас мучит! Уйдем! Уйдем!..».

Подвижник по ночам плотно завешивал окна черными занавесками: ночью в полной схиме, с ладаницей в руках, он ходил по своей долгой келии и творил молитву, которую чувствовали и не терпели бесы в спящих в молельне бесноватых людях.

Часто утром молитвенник рассказывал, как всю ночь бесы не давали ему покоя: ехали на подводах, шли легионами к нему во двор с угрозой убить, застрелить, зарезать или отравить.

В начале зимы 1970 года к отцу Иосифу ворвался молодой человек лет тридцати пяти, высокий, физически здоровый. «Где Иосиф? Он меня в Москве душил дымом! Я его зарежу!» С Божьей помощью бесноватого удалось повалить в снег и связать руки, ноги. Из кармана куртки вынули три больших кухонных ножа. Мужчину втащили в молельню. Им оказался москвич, летчик по имени Георгий, трое суток добиравшийся в Иловицу; в пути не евши и не пивши, от чего ослаб. По просьбе матери этого человека отец Иосиф молился за него, и тот в Москве чувствовал молитвы старца и не мог их терпеть, так как был одержим нечистым духом, который и привел Георгия отомстить молитвеннику. Отец Иосиф в тот день из келии не выходил. Москвичу развязали руки и дали поесть. А к вечеру развязали и ноги. Он убежал со двора; больше его никто не видел.

Приезжали к отцу и современные молодые юноши, жаловались на душевную тоску, отсутствие сна и аппетита. Старец ставил их посреди двора и велел класть по четыреста пятьдесят земных поклонов, велел, чтобы так и дома каждый вечер делали, да носили крестики, не выпивали, не курили, ходили в церковь, соблюдали посты, причащались. Тогда, по его словам, все «нервы» выйдут – будут здоровы. При этом добавил, что нервы чувствуют боль, но когда болит душа, то это не нервы расстроены, а бесы мучают, и надо постом и молитвою бороться с ними.

images (1)…Имея доброе сердце, отец Иосиф скорбел о злых людях, ибо зло не свойственно природе человека. Оно возбуждается в нем не без посредства демонов, а потому-то злые люди им и уподобляются. «Любой грех опутывает сердце, как паутина, а злоба, как проволока – попробуй разорви ее. Злые люди убили Царя, злые глумятся над православными. Великое счастье, что Господь сподобил нас родиться в Православной вере и быть православными, а многие народы, к сожалению, не знают Православия», — неоднократно повторял подвижник.

Неодобрительно относился угодник Божий и к телевизионным передачам, которые опустошают, обкрадывают душу. После просмотра таковых программ человеку совершенно не хочется молиться, а если и принудит себя на молитву, то молится только устами, а сердце далеко от Бога. Такая молитва, по мнению старца – только в осуждение. В последнее время колдуны (т.н. экстрасенсы) усиленно работают над усовершенствованием системы кодирования людей через телевизоры, радио и даже электронные приборы, ибо знают, что закодированные люди будут покорно выполнять чужую волю.

«Спастися, — говорил старец Иосиф, — нелегко. Я вам спасіння на голову не покладу – трудіться і моліться самі! Якщо хочете спастися, будьте глухі, німі і сліпі».

Из писем в адрес Свято-Успенской Почаевской Лавры:

5 (3)«Я, Секретарюк Галина Хрисанфовна, одесситка. Первый раз посетила святую Лавру Почаевскую в 1958 году и увидела чудесные исцеления, которые совершались по молитвам отца Иосифа. Считаю своим долгом не умолчать о таких чудесах. При мне во время службы бесы оставили пожилого мужчину. А одна женщина лет пятидесяти, одержимая нечистым, катилась к выходу из храма, скрутившись как клубок. По молитвам Преподобного и она исцелилась. После изгнания бесов оба бывших одержимых спокойно стояли на службе и причастились Святых Христовых Тайн».

«Сколько раз я видел много необычного у отца Иосифа в селе Малая Иловица! Я видел борьбу проповедника – подвижника с сатаной. Вот случай: Преподобный подходит к кричащей женщине, накладывает свою руку на нее, а она кричит:

— Иосиф, Иосиф, нас много, не возьмешь, не выйдем, нас шесть.

А старец отвечает:

— Вийдеш!

Бес кричит:

— Не выйдем, она наша с девяти лет.

Отец Иосиф, устремив взгляд на небеса, молится с каким-то умилением, а женщина кричит:

— Иосиф, Иосиф, не молись!

И… исцеляется.

…Разве это не чудо?

г. Кременец,

Александров О. А.»

«Это было в 1966 году. У моей свекрови была дочь, которая болела падучей. Свекровь поехала с нею к отцу Амфилохию в Иловицу. Батюшка их встретил, выслушал, помолился и сказал, чтобы мать постилась за дочь в среду и пятницу. Мать исполнила благословение и болезнь отступила.

     Волынская обл.»

«Где-то в шестидесятых годах мой отец, ныне покойный, заболел. Он работал на железной дороге, прошел обследование в больнице узловой станции Сарны. Врачебная комиссия установила рак желудка.

Я много слышала о даре исцеления людей по молитвам отца Иосифа. Это была наша последняя надежда. И мы поехали. Батюшка жил в небольшом домике. ядом стояла часовенка. Во дворе около дома было много людей. Все ждали его. Некоторые говорили, что ждут уже долго.

Вскоре вышел старец и указал сразу на меня. Он стал расспрашивать отца о болезни, но тот стал икать и дальше отвечала уже я. Рассказала, что отца выписали из больницы, потому что не могут вылечить. Отец Иосиф дал травы и сказал, что он выздоровеет. Отец прожил после этого еще шестнадцать лет.

С Иловицы мы поехали в Почаевскую Лавру, исповедались, причастились.

Ровенская обл.,

с. Остки,

Агафия Лящук»

«В 1967 году в восьмимесячном возрасте заболела моя дочь: ее сильно трусило и изо рта шла пена. Муж сразу же вызвал врачей. Нас забрали в больницу. Там лежали дети с такой же болезнью, им делали какие-то уколы. Многие умирали. И я решила забрать свою девочку домой. Мою старшую дочку (ей тогда было одиннадцать лет) тоже стало трусить, изо рта начала идти пена, сильно болела голова. Добрые люди подсказали обратиться к отцу Иосифу, что я и сделала. Когда мы приехали к батюшке, он сам вышел нам навстречу к воротам. Я стала объяснять причину приезда, он посоветовал идти с детьми на молитву. Возле часовни было много народу. Как раз носили воду из колодца в часовню, готовились к водосвятию. Когда батюшка отслужил молебен, то сразу же подозвал меня. Он попросил развернуть младшую из пеленок, набрал литровую кружку холодной воды и вылил на ребенка. Потом еще одну. После этого вылил две кружки святой воды на старшую. Это все происходило перед праздником Господнего Вознесения – было прохладно. У меня мелькнула мысль, что дети могут простудиться, но раз Господь меня сюда направил, значит, такова воля Божия.

Болезнь больше никогда не повторялась.

г. Кременец,

Андрусик В.»

«У меня заболел ребенок. Врачи диагноз не установили. Ребенок еле дышал, был очень опухший, по всему телу пошли синие, аж до черноты, пятна… На мой вопрос, почему не лечат, ответили, что ребенок обречен.

Мы с мужем решили обратиться к отцу Иосифу. Когда приехали в Иловицу, то думали, что не попадем к старцу – народу было очень много. Но только подошли к дому, двери нам открыла какая-то женщина, взяла ребенка за руку и повела за собой. Мы еле протиснулись сквозь толпу. Зашли в комнату, а там нас уже ждет отец Иосиф. Он осмотрел ребенка и сказал, что у него заражение крови, но дитя будет жить. Назначил уколы и компрессы, смазал какой-то мазью. Через три дня наш ребенок выздоровел, опухоль спала, тело побелело.

Так Преподобный спас жизнь нашему сыну, которого официальная медицина признала безнадежным.

Жительница г. Почаева»