Метки

, , ,

Украина слезы материГде нет Христа, там хозяйничает Его враг. Третьего не дано. Иногда это просто скрыто, не заметно на первый взгляд, но приходит время, как сейчас, и это все отчетливо проявляется. Пока был мир, все спокойно и благоприятно, и мы все, на первый взгляд, были хорошими, мирными, добрыми. И Бога, после семидесятилетнего духовного одурманивания атеизмом, научились уже не отрицать – Бог есть, мы верим в Него. А то, что в храм так и не полюбили ходить, — «главное, чтобы Бог в душе был», «Бог на всяком месте есть», «молиться и дома можно», и т.д. – в безпечности своей не придавали и не придаем тому особого значения. А ведь главное, получается, так и не приобрели — не смогли впустить в сердце свое Бога, Он так и остался для большинства из нас чем-то большим и недосягаемым, хорошим, но далеким, не реальным, не родным, не главным… Не научились выстраивать жизнь свою по Его вечным законам – прилепились к земле и благам ее, стали глухими к Небесному зову, осуетились в мудрствованиях своих, и потому не смогли, да и не старались, приобрести смирение и любовь – то, ради чего и жертвовал Собой, ради всех нас, Христос, Своим примером подавая нам экстримизмвсем образец к подражанию на пути к Вечности – путь Смирения и Любви. Не приобрели, когда было мирно и спокойно, теперь тяжелее будет, да и разобраться, что же, все-таки, вокруг происходит, сейчас, без духовных знаний, практически невозможно, — бедные люди из одной лжи попадают в другую… Какая боль вошла сейчас в души наши! Всех – верующих и не верующих, донецких, луганских и киевлян, стариков и детей, мужчин и женщин, успевших уже потерять кого-то из родных на этой (не объявленной) войне, или пока нет. Говорю – боль, не страх, потому что страх, это совсем другое, и о нем нужно говорить отдельно. Боль за свою страну, за предательство ее людей, за своих родных, и за соседей, сослуживцев, причем, не зависимо, к какому лагерю сочувствующих они себя относят! Понятно, что степень этой боли у нас, имеющих еще мирное небо над головой, и у жителей востока Украины разная, не соизмеримая, – но, поверьте, сердце и у нас кровоточит.

Украина Дон аэропорт

Донецкий аєропорт

Еще вчера, люди, бывшие нам мужьями, родителями, друзьями, сестрами и братьями, — хорошими, в общем, людьми, и даже считающими себя верующими, — сегодня, только на основании того, что мы не разделяем с ними их точку зрения по поводу всего того, что происходит сейчас на Украине, объявляют нам «войну». За то, что мы молимся не только за гибнущих украинских солдат, призывников, насильственно оторванных от своих семей новой властью, но и за мирных жителей Донбасса и Луганщины, русских и украинцев, всех тех, кто, после того, как лишился крова над головой, семьи, родины (места, где родился и провел свое детство), встал на защиту своего человеческого достоинства, с целью остановить ценой собственной жизни, продвижение этой «чумы» на Война 1 (1)восток, дальше, где еще мир, где еще люди не знают, что такое война, где не вздрагивают от шипения пролетающих над головой и взрывающихся рядом, снарядов, где не видят еще воочию разорванные в клочья и изуродованные трупы своих, еще вчера живых и мечтающих долго жить, родных, соседей, одноклассников, — простых, современных, таких же, как мы, стремящихся к счастью и справедливости, кем-то любимых, и горько оплакиваемых теперь родными, — если есть, кому оплакивать! — страшно. И вот за эту молитву, за это сочувствие братьям (украинцам, русским, — «террористам», «сепаратистам», или как их еще называют), нас, свои, бывшие родные (хотя родные, наверное, бывшими не бывают), поносят самыми похабными словами, проклинают, бьют; родители отрекаются от своих детей, а сестра отказывается родниться со своей сестрой, мужья безжалостно клеймят позором и выгоняют из дома своих бывших жен! Что это? Почему мы так ожесточились? Вместо сочувствия – злорадство, вместо помощи и молитвы – «так им и надо», «сами виноваты», «сами того заслужили» и т.д.?! И это слышишь не от каких-то мерзавцев, а от хороших, по совсем еще недавним меркам, людей! И особенно больно, повторюсь, когда от родных людей!

скорбиА я вам скажу, что это. – Это проявление того, что раньше было скрыто, не заметно, буднично. То, что раньше мы видели, но старались не замечать, прощать; молились о вразумлении, и надеялись на изменение, теперь, при Свете, пришедшем и осветившем, — встало во весь свой страшный гигантский рост и заявило о себе во всеуслышание: мы – за убийство, мы – за ненависть, мы – за ссоры в семье и ее разделение, мы – за братоубийственную войну, мы – против русских! А значит, против братьев своих, против предков своих, против Святых своей земли — Киево-Печерских угодников, Лаврентия Черниговского, Ионы Одесского, и многих других, завещавших нам хранить мир и добрососедские отношения со своими братьями, потому что нас насильно разделили, потому что мы одно целое в прошлом, и потому, что мы одно целое и в будущем! А значит, и против веры, и против Бога, и против себя самого! Ведь тот, кто бунтует против Бога, тот сам себя уничтожает, свое настоящее и будущее, тот перечеркивает все то хорошее, что было в прошлом, и отказывается от всего хорошего в настоящем и будущем! Вот что происходит, как ни страшно это звучит, но на наших глазах, «овцы» отделяются от «козлищ», «пшеница» от «плевел», — как предупреждали нас о том Святые Отцы, и как сказано о том в Евангелии: «и тогда соблазнятся многие; и друг друга будут предавать, и возненавидят друг друга» (Мф.24, 10). И в другом месте: «Не думайте, что Я пришел принести мир на землю; не мир пришел Я принести, но меч; ибо Я пришел разделить человека с отцем его, и дочь с матерью ее, и невестку со свекровью ее» (Мф.10, 34-35). Вот этот меч Христов и проходит сейчас сквозь сердца людские, и в ком нет истинной любви к Богу, а значит, и к ближнему своему, тот соблазняется, тот находит себе и своим действиям безконечные оправдания, не видя, в безумии своем, как он, на самом деле, далек от Бога и Истины Его!..

Л. Очай, 17.12.2014г.

Иона Одесский о разделении врагами Руси

 Лаврентий Черниговский о Руси и русских

 

Лука Крымский любовь выше всего

Украина Милошевич

Деникин о русских

Антоний Сурожский Невозможно идти к Богу перешагнув через человека