Метки

,


«КТО ПРИМЕТ ПАСПОРТ — БУДЕТ НА САМОМ ДНЕ АДА!..» Старец Иероним Санаксарский

Старец Иероним Санаксарский (1932-2001): Я видел сон, видел видение И ад показывали, и рай показывалиТе, которые примут всё, они будут на самом дне ада. Даже хуже, чем язычники. Потому что они — христиане. И заслуги, которые… вот даже они были, например, епископы, или священники, или монахини, — вот эти все заслуги будут ничто, в сравнении с тем, что они не устояли в самом главном… Я это всё видел... Всё очень, очень скоро будет. (1994 год).

…И спрашивал о номерах его. Говорю: «Отец Иероним, как Вы благословляете?…» Это уже был последний год его, 2000-й. Это было в мае месяце. Говорю: «Отец Иероним, как Вы благословляете номера, паспорта?» — «Нет, не благословляю».

И до этого я у него был, зимой в 2000-м году, он ещё чувствовал себя ничего, у него была полная комната паломников, и чада его… И спрашивали: — Батюшка, как нам? Принять, не принять? 

Он заплакал, отвернулся к иконам… «Чего вы спрашиваете? — все здесь, до одного, примете… Я вам даже говорить не хочу, даже разговаривать с вами не хочу».

И он так прискорбно отнесся к этому, так прискорбно на них посмотрел, и говорит: «Вы все, здесь стоящие, все-все примите». Народа много там было, и бесноватых помню, как кричали… «Что вы спрашиваете? Вы прекрасно знаете, а за Господом не следуете. Вы все, здесь стоящие, все-все примите»

Некоторые говорят, что вот отец Иероним благословлял новые паспорта.  Я считаю, что это неправда, — благословлять, он не благословлял. А просто человек, наверное, приходит к нему, уже решает поступить по-своему, и чтобы отец Иероним ему ни сказал, человек остаётся при своём мнении. Спрашивает: «Отец Иероним, как мне новый паспорт — менять?» Сначала , значит, — «Как хотишь, как хотишь», зная, что человек… А некоторым прямо, вот, при мне, отрицательно говорил, — «Ни в коем случае, подобно смерти. Ни в коем случае, подобно смерти». — Вот его были слова.

А вот батюшка не говорил, что будет с человеком за принятие всего этого?

— Батюшка говорил мне, это раньше было… Он ночевал у нас, мы всю ночь с ним очень долго беседовали… И вот он говорит: «Я видел сон, видел видение». Все ему, и ад показывали, и рай показывали. И вот он говорил, что те, которые примут всё (тогда, правда, он ещё говорил про паспорта, что нельзя паспорта принимать, тогда мы даже карточки не знали), — они будут на самом дне ада. Даже хуже, чем язычники. Потому что они — христиане. И заслуги, которые… вот даже они были, например, епископы, или священники, или монахини, — вот эти все заслуги будут ничто, в сравнении с тем, что они не устояли в самом главном. И вот он говорит, — я это всё видел... И сказал, что всё очень, очень скоро будет. Это был где-то 1994 год.

Потом он приехал к одной верующей… И помню на стол, в 1996 году, положили печенье, на них — штрих-код. И он говорит — вот начало всему этому

— К этому привыкнем, и будут всё есть. Но будет самое страшное. А кто не будет вкушать даже этого, тот и в большом не прельстится.

О штрих-кодах говорил, что на продуктах, — тоже грешно. Но вот куда денешься? Людей жалко, настолько слабые, настолько слабые. Конечно, Господь всё это видит и милует, и как то вот ещё прощает.

А вот уже эти штрих-коды, которые будут на людей ставиться, — тот же ИНН, он же идёт и в пластик, он же идёт и в чип, никакой другой…  (8.38-13.58)